– Также не очень понятно, о какой девушке они говорят, – сказал Влад. – У Громова две дочери, обеим за сорок, обе замужем, и, насколько мне известно, ни одна из них не лежит в императорском госпитале для ветеранов. Внебрачные связи?

Михайлов развел своими огромными ручищами.

– Я знаю ненамного больше вашего, – сказал он. – Так что вы можете предположить относительно судьбы Крестовского?

– Это ведь вчерашняя запись? – уточнил Влад.

– Да.

– И его машина до сих пор?

– Да.

– И больше на территории особняка он не появлялся?

– Нет. Но спустя два с половиной часа после этого разговора мы потеряли все возможности вести наблюдения, кроме непосредственного визуального контроля.

– И с чем это связано?

– В особняк примчался кортеж великого князя Меншикова, в составе которого была машина, оборудованная активным установщиком помех. А сегодня утром путилинские добрались и до сада и выжгли всю нашу электронику. Даже ту, которую не нашли.

– А та, которую они нашли, может привести к вам? – поинтересовался Влад.

– Нет, – ответил резидент дальневосточной разведки. – Мы покупали все на месте. Анонимно, через черные сети. Полагаю, вы тоже ходите за покупками в те же магазины.

– Да, скорее всего, – согласился Влад.

– Тогда вы должны знать, что отследить такие покупки практически невозможно. Тут не поможет даже граф Бессонов.

– Да, скорее всего, – снова сказал Влад.

– Так что вы думаете о Крестовском?

– Я думаю, что он мертв, – сказал Влад. – Судя по подслушанному разговору, между ними была определенная напряженность. Затем Ломтев постарался усыпить его бдительность, проводил до первого этажа и там убил.

– Почему на первом этаже? Почему не в кабинете?

– Вы проверяете меня? – спросил Влад.

– У вас хорошие рекомендации, полученные из проверенного источника, которому мы доверяем, – сказал Михайлов. – Кроме того, нам известно кое-что о ваших прошлых… похождениях. Но больше я практически ничего о вас не знаю. Так что, надеюсь, вы простите мне эту маленькую проверку.

Добраться до дальневосточников оказалось настоящим квестом, на прохождение которого Владу потребовалось два дня. Зашифрованные послания в черной сети, тайные метки на улицах, долгая прогулка по городу, сначала чтобы убедиться, что за ним нет слежки, а потом – что за ним следят именно те. кто должен… В конце концов эти мытарства привели Влада в полуподвальное помещение офисного центра класса Б, где под прикрытием мелкой торговой фирмы сидел резидент разведки Дальневосточной Республики.

Влад поерзал на неудобном офисном стуле.

– Крестовский – сын Гермеса, пусть и третьего ранга, – сказал он. – От холодного оружия он, скорее всего, увернется. От пули – вряд ли, но, учитывая возраст Ломтева и его общее состояние, вряд ли он хороший стрелок и положился бы на волю случая. Кроме того, он – аристократ, а аристократы полагаются на то, что даровала им природа, пусть сам акт дарения состоялся не так давно. Полагаю, он убил Крестовского своей силой.

Михайлов кивнул.

– Но почему на первом этаже?

– Учитывая характер его силы, скорее всего, он опасался повредить перекрытие, – сказал Влад. – А на первом этаже пол должен быть каменный.

– Да, мы тоже полагаем, что Крестовский мертв, – подтвердил Михайлов.

Он был большой, рыжий, бородатый, с мощными, покрытыми рыжими же волосами руками, и если бы он родом из империи, все это, вкупе с его фамилией, скорее всего означало бы, что он ведет свой род из медведей-оборотней. По крайней мере, такое можно было бы предположить в первую очередь. Но Влад знал, что в ДВР все не так, и фамилия и внешность могли ничего не значить.

Просто большой.

Просто сильный.

Просто волосатый.

Спрашивать напрямую Влад, естественно, не стал.

– Но тогда появляется еще одна странность, – заметил он. – Дрязгами аристократов обычно занимается СИБ, и я бы не удивился, если бы к дому подъехала ее опергруппа. Но ее, как я понимаю, не было. Вместо нее прибыл великий князь. Насколько они знакомы?

– Разумеется, они знакомы, – сказал Михайлов. – Высшая аристократия вращается в довольно маленьком замкнутом мирке, и все московские, да и не только московские, князья друг другу представлены. Но Меншиков и Громов были знакомы лишь шапочно, на уровне ничего не значащих разговоров на очередном светском рауте. Вряд ли бы он обратился за помощью именно к нему.