Мамаева замерла, я видел, как напряглись охранники, стоящие за ее спиной. Но ничего не произошло — она просто пожала плечами и лишь удобнее уселась на диване.

— Я ни при чем! Неужели вы думали, я могла бы своего брата, себя саму так подставить?! Кстати, а где Андрей? Он ведь все знает?

— В полиции разбирается. Но он обязательно вернется, Екатерина.

— Погодите, так почему убили Жабина и нас чуть не подстрелили? — восклицает Заноза. Мысли мои читаешь, Хулия.

— Захотел выйти из игры, занервничал, решил сдать вашего друга, Екатерина, и самому выйти сухим из воды. Но не получилось. Поэтому его убили.

Мамаеву в очередной раз передернуло от того, что Кирилла назвали ее другом. Все-таки знала она или нет?

— А нас почему?

— Вы могли связать Кирилла с Жабиным, вы свидетели того, как приятель Екатерины угрожал юристу пулей в лоб. Да, Юленька, представьте, что за такое могут убить, как и за куда меньшее. Кирилла с охраной чудом успели задержать сегодня. Но они отстреливались.

— А что с Ариной? — Заноза бледная сидит, в таком же шоке, как и я, но вопросы задает исправно. — Как на них напали? Я когда могу ее увидеть?

— Их пытались сбить машиной, но парень этот, итальянец, шустрым оказался, успел отпрыгнуть в сторону и девчонку за собой потянул. Но ее все-таки задело. Ничего серьезного, вечером сможете их увидеть.

— Андрияш все знал? Он вообще где?

— Скоро приедет сюда. Он не знал, что на вас покушались. У него занятия были, решили его не дергать. Мобильный проверь, наверняка звонил.

Хватаюсь за телефон — и правда три пропущенных. Чувствую, сам убьет меня, когда приедет.

— Они с Бессмертным скоро будут, но я сказал, что вы живы и здоровы. А вы идите, погуляйте на воздухе свежем, а? Мы тут с Екатериной немного побеседуем. Вдвоем.

По глазам Вьюгиной вижу: хочет остаться и уши погреть. Я бы тоже посмотрел, как Василий мокрого места от блондинки не оставит.

— Как думаешь, она за всем стоит? — Юлька посматривает на окно столовой. — Нечестно, что нас выгнали. Столько всего рассказал, а самое-самое…

— Если ее посадят, мы точно об этом узнаем. Ты как?

Обхватываю ладонями холодные от мороза щеки Занозы. Она умница — после всего того, что случилось сегодня, держится молодцом. Никаких слез, истерики, как всегда разумная Вьюгина.

— В шоке, — с выдохом произносит Юлька. — Как будто не со мной все это. Не представляю, что произойдет, когда родители узнают. Невозможно такое скрыть. Они точно заставят отсюда перевестись.

— А ты хочешь? — Притягиваю ее к себе еще ближе.

— Нет. Не хочу. А ты? Что ты будешь делать, когда закончится первый курс?

Я слышу шум подъезжающей машины, даже вроде двух, но не могу оторвать взгляда от ее глаз. Сейчас.

— Я с тобой здесь останусь, Юля. Я все решил. С Бо поругался, но вроде все утрясли. Он уже нашел себе другого партнера, а мне деньги вернет. Не сразу, но вернет. Замутим с тобой что-нибудь здесь, ну или в другом месте, если решим когда-нибудь отсюда свалить. Только вместе, хорошо? Ты как? Согласна?

Полгода спустя

— Ну конечно, я согласна, Янош! Ты сомневался?

— Мне нужно точно знать, потому что тебе еще «шенген» надо делать, а это займет некоторое время.

Янош сидит, развалившись в плетеном кресле, и лениво щурится на солнце. В этом году ранняя весна, в апреле уже было почти двадцать градусов тепла, а в мае так вообще иногда настоящее пекло. Как сегодня.

— Отказаться от путешествия по Польше? Я похожа на сумасшедшую? Только месяц… Это дорого.

— Чего? — Янош от удивления даже щуриться перестал. Красивый какой все-таки. Особенно сейчас, когда лицо уже чуть загорело и глаза еще ярче сверкают. — Почему это дорого?

— Потому что. Слушай, на билеты, может, родители и дадут денег.

— Я приглашаю, Заноза, какие деньги? И потом, мы с тобой скоро разбогатеем.

— Каким образом? Богдан все-таки отдаст тебе твою долю? Он уже три месяца на связь не выходит.

— Забей! — Янош машет рукой. — Его стартап снова провалился, видно, не судьба. Но он наверняка еще попробует. Ты про пари забыла? А я помню. И Танька тоже.

— О, господи!

— Зря, Заноза, сто штук на дороге не валяются.

— Сколько? — Я отставила в сторону бокал с соком. А то еще поперхнусь, не дай бог. — За что? За нас?

— Да! Если ты меня завтра не бросишь, то я и еще два романтика-оптимиста выиграем пари. Танька подсчитала, все честно.

— Обалдеть!

— Почему? Ты не верила, что мы будем с тобой вместе столько времени?

Разумовский довольно ухмыляется. Он расслаблен, совершенно не обращает внимания на девчонок, только что зашедших на веранду. И зря.