— Юль, можно к вам? Привет, Янош!

Ксюша Солнцева и Яна Зверева. Вроде же только что виделись на экзамене.

— У нас с Хулией интимный разговор, — чувственно, с хрипотцой в голосе произносит Разумовский, я еле удерживаюсь от того, чтобы не подавиться смехом. Но девчонки зависают.

— И-извините, — промямлила Янка и потянула подружку к дальнему столику.

— Не думала, что они уйдут, — признаюсь я. — Боялась, что пристанут с расспросами про Андрияша.

Янош помрачнел — второй день не утихают сплетни вокруг старшего Разумовского. Как сказала вчера Вася, в наше время даже подраться спокойно нельзя. В Сеть выложили драку в ресторане — Андрияша и Андрея Мамаева. Серьезную такую драку, с перевернутыми столами, сломанными стульями и разбитым окном. Профессор Разумовский в результате осчастливил своим присутствием местный обезьянник. Из-за серьезных проблем со здоровьем — а Лада так до сих пор и не восстановилась полностью после аварии — Мамаев отложил свадьбу. Именно Мамаев, не Лада. Мне кажется, все закончится тем, что она выставит вон и жениха, и Андрияша, а потом найдет себе нормального спокойного мужчину. Но это ее дело.

Хотя Мамаева понять тоже можно — суд над его сестрой еще продолжается, Кирилл пытается на нее все повесить, будто все, что он делал, это было по ее распоряжению. Что ей было мало тех денег, которые у нее были. У меня лично такое в голове не укладывается. Я думаю, что она могла знать, но не вмешивалась. Увидим, что суд решит.

Полина исчезла. На следующий день после ареста Кирилла. Я ее больше не видела. Как в воду канула. Говорят, что документы из универа ей пересылали по почте. Но я не удивлюсь, если она еще где-нибудь да всплывет! Такие не тонут.

— О чем задумалась, Заноза? — Янош берет в руки мою ладонь и подносит к губам. — Переживаешь за моего брата?

— Мне нравится Лада, твой брат тоже. Но я не думаю, что… любовь должна приносить столько страданий, Янош. Знаешь, я не фанат бразильских сериалов. Извини, если обидное сказала.

— Он любит ее, но, да, Андрияш не подарок. Не то что я, правда, Заноза?

Он смешно двигает бровями, заставляя меня улыбнуться.

— Ты клоун, Янош!

— Но ведь любимый клоун!

— Очень любимый, — честно признаюсь. — А еще и умный. Эта сессия даже проще идет, чем зимняя. Уверен, что хочешь здесь остаться? Янош, я не просто так спрашиваю.

— Матушка моя опять звонила? — В голосе проявились металлические нотки. — Юль, я ведь просил рассказывать.

— Она права, Янош. Тебе нечего делать здесь. Ну чему ты в этом универе можешь научиться?

— Например, дружить с девушкой. И любить ее тоже научился именно здесь. Не так уж и мало. Я пока не знаю, чем хочу дальше заниматься, Юль. Вообще по жизни. Думал, что все для себя решил и свалю обратно к Бо, как только получится, но нет. Не факт, что бизнес — это вообще мое. Мне нравится придумывать, иногда что-то выгорает, но в основном по мелочи. Но в любом случае отношения на расстоянии — это не наш вариант, Заноза. Поэтому если я отсюда свалю, то только с тобой. Я тебе об этом уже говорил, и не раз.

— Тогда ты меня прикроешь, когда твоя мама снова начнет тактично намекать, что было бы неплохо тебе выбрать другой университет?

— Как всегда, Хулия. Ты не волнуйся, у родителей мы дня три-четыре поживем, максимум, потом по стране покатаемся. Познакомлю тебя с друзьями, весело будет, тебе понравится.

— Не сомневаюсь. На выходных едем к Бессмертному? Вася звала, но там мои тетя с дядей тоже приглашены.

— То есть на утро твои родители будут все знать в подробностях, которых не было.

— Именно так. Не в первый раз. Слушай, мама уже смирилась с тем, что мы встречаемся. И потом она же знает, как вы на самом деле познакомились с Ромой…

Баскаков не вернулся в Испанию, но давно уже приступил к тренировкам. Живет с родителями. То есть они опять под себя его подмяли — не может в одиночку сопротивляться. Надеюсь, он найдет себе такую же, как я, девушку, которой будет глубоко плевать на социальные лифты и властный характер его мамы.

— Не напоминай мне об этом уроде. Жаль, ноги ему не поломал. К твоим смотаемся на пару дней после сессии.

На пару? Сомневаюсь, что мама так быстро отпустит. Вообще я очень переживаю за их встречу. Как и Полина Андреевна, мама спит и видит, чтобы вернуть меня к себе. И с этой проблемой нам еще предстоит разобраться. Но сейчас я не хочу об этом думать.

Хочу просто смотреть на Яноша и радоваться солнечному весеннему дню.

— Чему улыбаешься? — Разумовский испытующе смотрит на меня.

— Я вспоминаю, как у нас все начиналось. И знаешь, чему я рада? Что ты по-прежнему мой самый лучший друг. Что никому я так не доверяю, как тебе, и что могу с тобой обсудить все что угодно.

— Да… кто бы мог подумать, что латынь мне так пригодится в жизни.

— Я серьезно, Янош!

— И я серьезно. Рано еще предаваться воспоминаниям. У нас с тобой все только начинается. Юли…Я.

Два года спустя

Солнце нещадно бьет в глаза. Отворачиваюсь от окна, натягиваю на голову одеяло — к чертям эту весну, если нельзя утром нормально поспать!