– Попробую припомнить навыки нанотехнолога, - не очень уверенно сказал Айсинг.

– А что это?

– Говоря просто, перестройка материи на микроуровне. Попытаюсь превратить ваши маяки в газ, но надо действовать очень и очень осторожно, исследовать их, могут быть неприятные сюрпризы... На Сеттаре, например, преступникам такие маяки вживляют - только тронь, и голова вдребезги...

Джейсон поёжился.

– Надеюсь, наши благочестивцы не додумались. Ладно, потом просветишь торсионным сканером, а пока давай посмотрим Юлину запись.

– Тебе многое будет не особенно интересно, потому что ты знаешь, предупредила Юля.
– Там полно про наши с тобой приключения, для Айса.

– Всё интересно, - возразил Джейсон.
– Новое - само собой, а как ты наши подвиги разрисовала, разве не интересно?

Он вытянул из-под крышки майндера провода, протянул Айсингу пару электродов, вторую пару прицепил к вискам. Юля помнила, что просмотр записи займет всего полсекунды, но ей было по-прежнему трудно осознать, что этот исчезающе краткий промежуток времени вмещает в себя часы и дни.

– С ума сойти, - сказал Айсинг, снимая электроды.
– Я-то думал по простоте душевной, что прилично знаю Галактику. Но твоя Башня Света...

– Джонг знает что, - подтвердил Джейсон.

– Значит, вы никогда не видели... Ничего подобного?
– робкая надежда в сердце Юли таяла, как льдинка в жару.

– Нет, - ответил Айсинг, а Джейсон покачал головой.

– И мы никогда не узнаем, что со мной случилось... И где мой дом?

– Ну, почему же, - начал утешать её Айсинг.
– Если мы не видели, разве это означает, что и не увидим? Не слышали - и не услышим? Мир огромен, и вот тебе факт. Ты была там... Откуда ты пришла, потом на суде, теперь ты здесь. Если бы не суд, я мог бы ещё допустить, что у тебя...

– Крыша поехала?

– Что поехало?

– Не все дома. Шарики за ролики. В общем, бред, галлюцинации.

Айсинг слегка порозовел от смущения.

– Вроде того. Синдром ложной памяти, и ничего обидного тут нет. Но суд никуда не денешь, я тоже там был. Да, мы не знаем, что произошло, и не можем узнать прямо сейчас. Но разве это повод к отчаянию? Возможно, разгадка у нас перед глазами, надо только внимательно смотреть...

Пока он говорил, Джейсон сидел в кресле с отсутствующим видом, явно думая о чём-то своём и не решаясь эти мысли озвучить. Наконец он позвал:

– Юля!

– Что, Джей?

– Там, в начале записи, был молодой человек, мелькнуло имя - Костя... Кто это?

– Костя?
– неожиданный вопрос Джейсона застал Юлю врасплох, настолько далеко - в световых годах!
– от Кости находилось всё то, что её теперь занимало.

– Да, Костя, - кивнул Джейсон, которого пробирала лёгкая электрическая дрожь. Что это - неужели своеобразная ревность?!

– Да никто, - с досадой отмахнулась Юля, и у Джейсона отлегло от сердца.
– Так, один там...

Флаш Айсинга переливался радугой. Джейсон покосился на это переменчивое многоцветие и раздраженно набросился на стрэгла, пряча возникшую между ним и Юлей неловкость за показной агрессивностью.

– Слушай, ты бы мне растолковал свою светофорскую азбуку, а то я себя чувствую дураком в академии... Вот эти джонговы разводы, они что значат?

Айсинг посмотрел на играющий всеми цветами спектра рукав флаша.

– Эти радуги, - он принял позу лектора, и голос его звучал по-профессорски, - отражают эмоциональную гамму одного диапазона. Сочетание цветов, интенсивность тона и чередование полос бывают различными. Конкретно то, что ты видишь - добрая дружеская ирония.

– Ага, - подозрительно пробурчал Джейсон.
– Знаю я тебя...

– Вообще же радуги, - невозмутимо продолжал Айсинг, - могут выразить массу нюансов указанного диапазона - от ехидства до убийственного сарказма, от издёвки до шутливой подначки.

"Указанный диапазон" без труда читался в его манере изложения во всём богатстве и блеске. Юля почувствовала, что если она немедленно не выступит с миротворческой миссией, эти двое снова поцапаются.

– Ой, как сложно!
– по подсказке женской интуиции она старалась перевести разговор из стадии пикировки в стадию обсуждения собственно темы.
– Для стрэглов, конечно, просто, а для нас.... Привыкнуть надо. Да мы и видеть можем по-разному. Вот жёлтая полоска - мы с Джеем её так видим - а для тебя она, может, зелёная. И как тут договоришься?

– Ученые этим давно занимались, - Айсингу польстил будто бы подлинный интерес Юли (впрочем, в немалой степени он и был таковым).
– Установили, что у форсеров - у нас и у вас - органы восприятия работают одинаково... Ну разве оттенков мы, стрэглы, различаем побольше, если уж говорить именно о зрении. А вот дальтоники, увы, и среди нас встречаются.

– Вашим дальтоникам, - заметила Юля, - похуже живется, чем нашим. Недоразумения, наверное, бывают.

Джейсон решительно перевернул бумажную ленту с отчетом о Юлином здоровье, расстелил её на столе и достал из ящика карандаш.