— Дашь этой суке руку, поедешь домой без меня! — гордо сказала я.

Но Платон, как всегда не послушал. Слез с байка и помог Фаине подняться. Даже оттряхнул ее жопу в шортах-трусах.

Вот, гад неуправляемый!

Я раздраженно фыркнула и пошла к дороге мимо всех присутствующих, что с интересом глазели на всю эту сцену.

Во мне бурлило раздражение. Впервые появилась ядовитая ревность. Меня аж типало изнутри, так задрожали руки и под коленями.

Я протолкнулась между мотоциклов. Подошла к пустой трассе. Оглянулась по сторонам. Машин ноль. А таксистов и того меньше.

Оборачиваться к Платону с Фаиной не хотелось. Бесноватость во мне итак бурлила фонтаном. Гад. Гребанный фрик. Не послушал меня и помог стерве…Черт с ним. Сама доберусь домой.

Я разочарованно выдохнула и поплелась вдоль пустынной дороги. Достала на ходу телефон и выбрала приложение для заказа такси. Глядя в экран и выбирая конечный адрес, я пропустила момент, когда Самойлов подъехал на байке совсем близко. Он держал шлем в руке и ехал медленно рядом.

— Отвали! Пиздуй к своей Фаине! — гаркнула я зло.

Платон усмехнулся. Припарковал мотоцикл у дороги. Слез с него и нагнал меня в два шага.

Дернул к себе за талию. Я начала вырываться из его цепких лап.

— Пусти…пусти меня! Как был придурковатым фриком, так им и остался! Та шлюха как раз твоего уровня! Шуруй к ней обратно и лапай дальше ее за задницу. Мне потом триппер лечить не хочется! — поток брани лился из меня до тех пор, пока громила не заломал меня и не припечатал мой черный рот яростным поцелуем. Я с отчаянной решимостью укусила его за губу. Не рассчитала силы и прокусила нежную кожу до крови. Платон недовольно рыкнул. Но продолжил таранить мой рот своим настырным языком.

Я не поняла в какой момент повисла на его шее. А его лапы переместились на мою задницу. Он начал сминать мои джинсы, притягивая меня к себе сильнее. Мы целовались так долго и вкусно, что я забыла в чем собственно была моя притензия. Самойлов подхватил меня под попу. Надел на себя, разводя бедра в стороны. Его каменный стояк уперся в шов у меня между ног.

Платон, не глядя, пошел в сторону мотоцикла. Перекинул ногу через седло. И так и уселся со мной на себе.

Я отлипла от него только когда поняла, что мы едем по дороге в сторону подальше от сборища байкеров.

От страха сильнее прижалась к нему, обхватывая руками его плечи, а ногами его бедра.

Встречный ветер трепал мои волосы, и Платон прижал мою голову к своему плечу, чтоб лучше видеть дорогу. От него даже пахло круто. Кожей, пылью, металлом. Всластью и силой. Уверенностью. И диким животным желанием, которое я ощущала между ног.

Мы свернули на ухабистую дорогу. Доехали до сосновой посадки и Самойлов заглушил двигатель, опуская подножку.

Его пальцы сразу зарылись в мои волосы на затылке. Он чуть оттянул мою голову. Поднял к себе мое лицо. Его взгляд становился все мутнее, а зрачки из изумрудных приобрели оттенок морской волны.

— Что ж ты такая неугомонная и задиристая стерва?! Воспитываю тебя Лили, но процесс идет слишком туго, — его голос тихий с хрипотцой выдавал желание меня уже скорее наказать.

— Воспитывать надо методом кнута и пряника. Утром пожаришь мне омлет, а сейчас доставай свой кнут! — скомандовала я и поелозила по его ширинке. Платон усмехнулся.

— Сучка…стаскивай джинсы. Живо!

Я перекинула через него ногу и быстро расстегнула пояс, стянула прилипшие от жары штаны. Не слишком эротично, но пофигу. Мы так хотели секса, что нам было не до игр.

Я повесила и джинсы и трусы на рукоять мотоцикла. Самойлов ловко высвободил член, который башней высился над его брюками. Я медленно оседлала его. Почувствовала, как гладкая головка скользнула по влажным складочкам. Растянула под себя внутренние мышцы влагалища. Шумно выдохнула, когда Платон надавил на мою попу и насадил меня до самого основания.

— Бля, как туго…идет воспитание, — прошептал он у самого моего ушка и прикусил мочку.

Я уперлась голыми ступнями в подножку мотоцикла. Цепляясь в его плечи чуть приподнималась и снова обрушивалась на его твердый толстый член. Стонала от кайфа все громче. Между ног все бесстыдно хлюпало. Мне казалось, что с каждым нашим движением, выпуклая головка скользила все глубже. Она задевала во мне все эрогенные зоны, а клитор терся об его лобок и высокие волосы, создавая мне дополнительную стимуляцию.