— Крошка, ты не в ту сторону идешь. Мой член здесь! Тебе налево к гаражам, — снова хохотнул явно будущий преступник. Насильник или маньяк. Из таких подростков только какое то дерьмо вырастает. А все потому, что нет на его голову родителей, которые б его отдали на бокс и плавание и наняли репетиров по английскому. Еще было б неплохо его бате приобрести хороший кожаный ремень, чтоб через жопу манеры общения с дамами вколачивать.

— К гаражам говоришь? — я остановилась и улыбнулась кокетливо, превозмогая отвращение. Ну я сейчас преподам урок этому гаду!

— Ага, — пацан заулыбался шире и махнул вдаль за высокий забор, ограждающий дом.

— А член у тебя уже достаточно вырос? Не разочаруешь? — дерзко спросила я.

Тот сразу нахохлился, а его банда замерла. Не рассчитывали на такую реакцию с моей стороны.

— Ну пошли, проверишь, детка, — гордо произнес он и потер ладонью плоскую ширинку.

— Пошли. Проверю, — согласно кивнула я.

— Лили, ты чего творишь? — испугался Лешка, — Валик сильный. Он карате занимается. Нам его даже вдвоем не одолеть, — опасливо шепнул мне друг.

— Раз сильный и вдвоем не одолеть, придется справиться самой, — уверенно подмигнула я своему юному джентельмену — защитнику.

— Нет. Лили. Я тебя не отпущу. Давай Брэйну позвоним. Он сразу примчится на своем мотыке и всех на место поставит.

— Лешка, не дрейфь. В жизни надо уметь постоять за себя. Брэйн не всегда может быть рядом. Подожди меня здесь, я быстро, — я пожала его холодные дрожащие руки. Парень очень нервничал. Всунула ему ракетки от бадминтона и поправила шлейки рюкзака.

— Детка, пошли. Если мне понравится, будем встречаться. Я люблю баб постарше. А ты так ниче. Я смотрю и сиськи и жопа что надо. Сейчас все покажешь, — по деловому взял меня в оборот переросток с замашками маньячного мачо.

— Окей. Ты вроде крутой мужик. Я люблю крепких парней, — согласилась я, вышагивая следом.

Спиной чувствовала, как Лешка тяжело и со страхом провожает меня взглядом. Мой хороший дружок. Нервничал за меня.

— Не сцы пацан. Валик с телками умеет базарить, — хохотнули мне в спину малолетние бандюганы.

Мы дошли до гаражей. Протиснулись мимо мусора и пивных банок в самую гущу романтики. Удивительно, как там не нагажено еще. Обычно подобные места, что то типа уличных биотуалетов.

Я пропустила вперед Валика. Тот храбро шагнул между металлическими стенами гаражей и развернулся ко мне довольной мордой.

— Давай, залазь ко мне. Сначала отсосешь. Только сиськи покажи, — грубо буркнул он, выдавая свое юношеское нетерпение.

— Ну уж нет. Вдруг у тебя член маленький. Так что сначала ты. Доставай его. Хочу убедиться, что не зря с тобой пошла, — твердо проговорила я и усмехнулась, уже представляя, как этот лось будет в моих ногах барахтаться и слезами заливаться.

— Ладно, детка. Гляди, чем я тебя радовать буду.

С этими словами пацан начал спешно стаскивать джинсы с трусами.

Я старалась не смотреть на этого ушлепка. Быстро достала из кармана в рюкзаке перцовый баллончик с телефоном.

— Э, ты че…

Только и успел пискнуть он. Поднял на меня раздосадованное лицо. И огромная струя едкого перца зашипела у него в глазах и на коже. Я с силой давила на баллон, а он истерично завизжал. Как баба, ей богу!

Я отскочила от него на три шага, что б самой не травануться.

Включила камеру на мобильном и начала снимать, как Валик, секунду назад очень крутой повеса и уличный бандюган, теперь попущенный без штанов, с мелким опавшим членом бился в металлические стены и тер глаза. При этом он так орал и выл, словно ему наживо почку вырезали.

— Э, гандон мелкий, помахай своим фанатам рукой. Валик, кажется, тебя зовут.

Я ржала над ним недолго. Потом стало жалко его. Эта хрень в моем баллоне забористая. Можно и ослепнуть, если вовремя глаза не промыть.

Я схватила его за руку и оттащила от гаражей подальше. Он завалился на асфальт и начал качаться по грязюке. Продолжал плакать и скулить, прижимать ладони к лицу.

Я спрятала телефон и достала бутылку минералки без газа.

— Давай, крутыш, промоем морду. А потом помчишься в больничку. Тебе специальным раствором глаза закапают. А то всю женскую красоту будешь в слепой темноте по памяти вспоминать.