— Нет, в прошлый раз все…

— Забудь. — отец махнул рукой. — Твоя мать своеобразная женщина, у нее сложный характер и…

— Как ты ее терпишь? — спросил Зисс. — Все детство я думал, что чудовище в доме — это ты, а теперь понимаю, что она строит даже тебя.

— Любовь. — отец пожал плечами. — Она невротик, мы долго боролись с ее расстройством пищевого поведения, я старался брать роль плохого полицейского на себя, когда мы воспитывали вас, чтобы хотя бы немного разгрузить ее. Знаю, что мы облажались, но, глядя на тебя сейчас, могу сказать, что ты вырос хорошим человеком. Даже из Двенадцатого выбрался, сам.

— Если бы не Рён, я бы с места не сдвинулся. — он усмехнулся, когда Рён пихнул его в бок.

— Значит, хорошо влияешь на моего сына? — отец улыбается. — Я же говорил, что ты хороший парень.

— Я здесь только благодаря вам. — сказал Рён.

— Я просто хотел, чтобы мой сын был счастлив. — Александр вздохнул. — Нужно возвращаться. Когда устроимся, приглашаю вас на обед, или ужин, как хотите.

— Конечно. — он встал. — Спасибо за все, отец.

Неожиданно понял, что хочет его обнять, но не стал, стушевался, замешкался, пока соображал, отец вошел в дом. Вместо этого обнял Рёна.

— Ты поступил правильно.

— Я знаю. — прошептал он.

— Мне тоже будет ее не хватать. Пойдем, мне пора на работу.

Они шли к метро, а он думал о том, мог ли поступить иначе. Нанико забыла его, забыла Эша, по сути, перестала быть собой, ее личность переписали, заменив начальной версией, той, которая была в ней при создании. Он не мог бросить ее, не мог позволить деактивировать, но смог подарить шанс на нормальную жизнь. Может, теперь она будет счастлива.

Рён забыл телефон дома и теперь он разрывается от звонков. Зисс ходит вокруг него и думает, имеет ли моральное право принять вызов. А вдруг что-то случилось? Не сдержался, схватил и нажал «ответить».

— Алло? — говорит женщина. — Рён?

— Это его друг. Он забыл у меня телефон. — выпалил он. — Кто звонит? Номер не определяется.

— Это Айрис, сиделка его матери. — женщина говорит тихо, будто боится кого-то побеспокоить. — Он не отвечает на ее звонки, с ним все в порядке?

— Да, все хорошо. — сердце колотится. — А у вас?

— Ын Бёль совсем плоха, он ей такой стресс устроил, совсем совесть потерял. — ее речь становится быстрой и напористой. — Пусть проведает мать!

— Они общаются? — осторожно спросил он.

— В смысле? Юноша, ты в своем уме? Как может сын не общаться с матерью?! Он просто перестал приходить, я не понимаю, в чем дело. Тай лепечет какие-то глупости про работу, но неужели он не может пятнадцати минут найти, чтобы зайти к ней?!

— Я, — он сглотнул, — не знаю.

— Хлоя тоже пропала куда-то, мы не понимаем, что происходит. Если он вернется за телефоном, скажите ему, что он ведет себя недостойно. Пусть придет домой!

Она нажала отбой, а он смотрит в экран в полном недоумении. Все это время почему-то думал, что у Рёна ситуация с родителями почти как у него, только за ним хотя бы присматривал дядя. Теперь выясняется, что он — хороший сын, который почему-то просто перестал приходить домой и отвечать на звонки матери. Может, стыдится его? Того, что происходит между ними? Как его семья вообще относится к таким отношениям?

Он сел на стул и задумался. Решил позвонить Лизе, чтобы расставить все точки над «i».

— Алло? — голос у Лизы бодрый. — Ты куда пропал? Я тебе писала, вообще-то.

— Прости, совсем замотался. — ему стыдно. — Слушай, спросить хотел…

— Давай быстрее, у меня сеанс татуировки.

— Ты уже работаешь?! — возмутился он. — А твой глаз?

— Я и с одним прекрасно справляюсь. Так что у тебя случилось?

— Ты ведь давно Рёна знаешь?

— Ну, да. И его, и Тая, а что?

— Расскажешь о его семье?

— Сейчас? Боже, ты, как всегда, вовремя. Сейчас, повиси.

Он слышит, как она кричит кому-то, чтобы он подождал. Ей ответил звучный бас, в другой ситуации он бы забеспокоился, что девушка одна в квартире с незнакомцем, но, зная Лизу, это за незнакомца следует переживать, в случае чего.

— Так, ну, — она вернулась, — отец у него полицейским был, его подставили, он начал пить, в общем, мутная история. Ушел из семьи, короче. Мать его одна воспитывала, Тай помогал, сестра как-никак. Потом у Ын Бёль что-то случилось, инсульт или вроде того, денег у них на лечение не было, так и осталась парализованной. У Рёна что-то вроде депрессии случилось, на какое-то время он себя потерял, тогда мы и познакомились. Поспал у меня на диване, пришел в себя, взялся за ум. Он отличный парень, от матери не отходил, работал на износ, даже переехать его убеждали всем кварталом, когда они с Хлоей сошлись. Ну, вот и все, в принципе. А что? Почему у него не спросил?