Стоит ли удивляться, что валькирии демонстрировали к этой традиции поистине маниакальный интерес? Такого, чтобы в развлекательном центре не собралась сходка жадных до клубнички кошек, просто быть не могло. К чему это я? Сегодня предстояли мои первые «смотрины». Прошлый раз из них ничего хорошего не получилось, совместный выгул закончился скандалом с нашим с Мирой участием. Никто из других стай не был в претензии — притирка всем понятна и привычна. Зато теперь тем более нужно было показать товар лицом, то есть продемонстрировать единство стаи. «Не потому ли кошки сегодня с утра так усердствовали?» — закралась мне в голову крамольная мыслишка, которая, впрочем, была выжжена калёным железом эмоций моих девочек. Нет, они действовали от чистого сердца, никто себя не переламывал. Опять же, наш с Вик весьма говорящий спарринг… Просто мои боевые сёстры решили воспользоваться выходным днём на полную катушку, а попутно решить накопившиеся внутри коллектива проблемы общения. Не исключаю, что при этом решалась и проблема моей лояльности на предстоящем «светском рауте» — но так, исключительно между прочим. В любом случае, нам прямо сейчас предстоял первый совместный выход «в свет». Первый полноценный выход.

— Вик, и что, я должен там спать со всеми желающими? Извини, но я вообще-то не мальчик по вызову…

— Нет, спать со всеми тебе не придётся. Присмотришься, поспаррингуешься, потреплешься — глядишь, с кем-то языками или ещё чем и зацепитесь. Ну а там уже и до секса само собой дойдёт.

— А что стая? Будет на это просто смотреть?

— А ты хочешь, чтобы и мы участвовали? Уверен, что потянешь столько девочек за раз?

Уверен я не был, но столь странное мероприятие мне откровенно не нравилось. Слишком всё зыбко. Нет, трахаться с новыми девочками я не боялся. Дело было лишь в излишней суетности и спорадичности такой встречи. Я всегда пригорал к женщинам, с которыми спал. Из партнёрши мне также требовалось вытрясти всю душу, а не просто взаимно потешить физиологию. С республиканками после Дня Памяти всё проходило достаточно гладко, можно сказать — естественно. Но ведь теперь я нашёл свою семью! Зачем опять дёргаться и что-то искать? Зачем новые игрища?.. Последняя мысль несколько отрезвила. Игрища с новыми кошками обещали принести новые впечатления. Так почему бы и нет?..

Вскоре Викера потащила меня на выход. Все сроки пребывания в душе для неё вышли, и даже эта весьма авторитетная дама испытывала некоторый дискомфорт. Ей было неудобно перед сёстрами за задержку. Серьёзно у них там, однако! Если даже наставница дёргается и боится нарушить хрупкий режим договорного раздела единственного на всю стаю котика.

Мы быстро облачились в форму Экспансии и, снова взявшись за руки, впорхнули в расположение. Кошки там не выглядели такими уж недовольными, напротив — предавались шутливой пикировке, то и дело взрываясь смехом, но с нашим появлением дисциплинированно повставали с кроватей. Сайна кликнула клич Трише и Милене, которые решили с утра пораньше провести пару разминочных спаррингов — и вот уже мы всей кошачьей ватагой вываливаемся на поляну перед базой. Ещё на выходе меня с рук на руки приняла Мисель, а на улице прояснилась и причина столь резкой смены попутчицы.

На траве, где стаю обычно поджидал поданный автоматикой катер, стоял совершенно неведомый мне аппарат. Больше всего он напоминал яйцо, уложенное на бок, и состоял из двух рельефно проступающих чуть вытянутых полусфер. Размером это чудо техники заметно уступало катеру — габаритами было со средний земной автомобиль. При нашем приближении две половинки пришли в движение и разъехались в стороны, оставив по себе протянувшийся по всей обшивке корявый разлом, а ещё через мгновение вся верхняя полусфера аппарата протаяла, явив его подсвеченные неоном внутренности. Нет, не автомобиль — мотоцикл. По крайней мере, внутри имелось лишь два посадочных места, и заднее «наползало» на переднее, образуя характерный «наплыв».

— Запрыгивай, Кошак! — бросила Миска, подводя меня к аппарату.

Сама метиллия нырнула на заднее сиденье, где с явным удовольствием раскинулась в немного призывной позе. Из недр аппарата на меня поблёскивали её серо-стальные глаза.

— Ты уверена? — с сомнением приподнял бровь, отвечая на призывный взгляд. — Не боишься доверить мне свою тушку?

— С чего бы? Я люблю риск, люблю своего кота — так почему бы не рискнуть с ним вместе?

— И аппарат не жалко?

— Нет. Он теперь твой. Но если угробишь… купишь мне новый.

— Постой… ты отдаёшь мне свой мотоцикл?! — острое сомнение сменилось не менее острым удивлением.

— А почему бы и нет? Ты же слышал наши договорённости. Будешь просыпаться позже остальных и самостоятельно добираться до полигона. Без аппарата ты рискуешь навсегда сгинуть в подступающих к базе лесах — кошки по-любому станут на тебя охотиться.

— Да нет, я не про то. Это ведь твой аппарат. Ты на нём гоняешь, и всё такое…

— Кот. Хорошенько запомни: всё что моё — твоё, — девочка аж подалась вперёд, подчёркивая важность отповеди, и, вновь успокаиваясь, бросила. — Ты свою яхту не глядя Тине вручил. Теперь она с нею носится, как с писаной торбой — все кошки на планете уже в курсе «обновки», и кто стал её причиной. Чем я хуже?..

— Вот как… — честно говоря, ажиотажа с яхтой не ожидал, а она вон как выстрелила… Даже невозмутимая и повёрнутая на гонках Миска с лёгким сердцем отдаёт теперь уже мне свой мотоцикл.

— Эта машинка, кстати, никакой не «мотоцикл». Она относится к классу гравикаров, — добавила вдогонку валькирия.

— Ми, и вы меня отпустите?.. С ней?.. — ответом мне стало дружное кошачье фырканье.

— Ну… все мы туда точно не влезем… Но если ты настаиваешь… можем ещё двух попутчиц тебе определить.

Теперь уже кошки не просто фыркали, Сайна с Эйди так и вовсе смеялись в голос.

— Нет, Старшая, всеми я рисковать не хочу. Вы все для меня слишком дороги, чтобы вместе убиться в первой же поездке.

— Что, соскочил?.. — обвела вопросительным взглядом стаю Милена. — Сложно с тобой, котик. То и дело Меч Республики наружу выползает… Ты давай, залазь. Минут сорок у вас есть, а дальше чтоб были в развлекательном центре. Не заставляй своих девочек скучать, милый.

Мне оставалось лишь пожать плечами и в одно движение запрыгнуть на сиденье. Мисель словно этого и ждала — её расслабленной вальяжности как не бывало. Кошка змеёй метнулась вперёд, оплела ногами мою талию, плотно прижалась сзади всем телом. Её ладошки пропутешествовали по животу, и остановили своё шествие лишь на груди, локотки плотно сдавили бока торса. Я в одно мгновение оказался в весьма жёстком захвате, правда, отнюдь не бойцовском… скорее — любовном. Ну и напоследок метиллия уложила свою головку мне на плечо, окончательно завершая идиллическую картину.