Я легла и сжала руки в кулаки, завернувшись в одеяло.

— Ничего, — проворчала я.

Алек молчал, и я тоже.

Затянувшееся молчание убаюкало меня, и я задремала. Я не знаю сколько времени прошло: одна минута или десять, когда почувствовала, что что-то не так, мои волосы что-то держало.

Я протянула руку, чтобы посмотреть, что удерживает мои волосы, когда меня за руку схватила другая рука.

— Алек, — зарычала я.

— Извини, я думал, что ты спишь.

Не повернувшись к нему и, не отпустив его руки, я спросила:

— Ты ждал, пока я засну, прежде чем дернуть меня за волосы?

— Я не тяну, просто пропускаю сквозь пальцы... я делаю так, когда не могу уснуть, это мне помогает.

О боже мой.

Я не должна была находить это милым, я не хотела, чтобы Алек, касался любой части меня, но, черт возьми, меня это покорило.

— Хорошо, ты можешь играть с моими волосами. Просто постарайся не дергать их, ладно? — пробормотала я и отпустила его руку.

— Спасибо, — сказал он, и я почувствовала улыбку в его голосе.

Зная, что он улыбается, я улыбнулась в ответ, и этого напугало меня.

Я должна оставаться стойкой, когда дело касается Алека.

Очень стойкой.

— У вас с Алеком уже был секс? — спросила Эйдин, после того, как я открыла дверь, впуская ее в квартиру.

Я зевнула и потерла глаза, когда она прошла мимо меня.

— Тебе тоже доброе утро, зайка, — ответила я, закрывая дверь.

— Доброе утро, — пропела моя лучшая подруга. — Возвращаясь к моему вопросу, ты уже переспала с мистером Слэйтером?

— Я могу ответить за тебя, если ты позволишь?

Я не стала оборачиваться в сторону Алека, пока он говорил, но, посмотрев на Эйдин, увидела ее приоткрытый рот, поэтому пришла к выводу, что он был снова без футболки.

— К сожалению, Эйдин, киска Kилы осталась неизведанной для меня, — вздохнул он, улыбаясь.

Закатив глаза, я подошла к раковине на кухне и наполнила стакан водой.

— Вы отвратительны, — сказала я и, выпив воду, поставила стакан в раковину и обернулась. Взяв кухонное полотенце, я бросила его Алеку, который поймал его правой рукой.

— Надень что-нибудь, никто не хочет рано утром видеть тебя полуголым.

— Я не против, — вмешалась в разговор Эйдин.

Я взглянула на нее с раздражением.

— Позволь мне перефразировать, никто имеющий самоуважение не захочет видеть тебя полуголым так рано утром.

Эйдин фыркнула, но ничего не сказала, в то время как Алек, показав большим пальцем через плечо, ответил:

— Сейчас полпервого дня, уже давно не утро.

Я почувствовала, как мои брови приподнялись, и быстро перевела взгляд на часы, которые весели на стене позади Алека.

— Уже так поздно?

Он улыбнулся. — Я же сказал, что ты будешь сладко спать этой ночью.

Он был прав, но я не хотела это признавать.

— Если я не спала до четырех часов утра из-за тебя, то нет ничего удивительного в том, что я так поздно проснулась.

Я посмотрела на Эйдин, когда она щелкнула пальцами в мою сторону.

— Ты не спала до четырех часов этим утром из-за Алека? Девушка, вам лучше объясниться!

Алек фыркнул. — Ничего особенного, поверь мне.

Я зашипела, затем посмотрела на Эйдин.

— Он выгнал Шторма со своего места и заставил его спать на диване, потому что сам не захотел там спать. А также пинался всю ночь, и я не могла заснуть, пока проблема не была решена.

— Проблема еще не решена. Я думал, что она расцарапает меня до смерти, у нее ногти, как бритва.

Эйдин громко рассмеялась, что лишь усилило мое раздражение.

— Пошел ты! — посмотрев на Алека, я толкнула его и протопала в ванную.

Я захлопнула за собой дверь, чтобы отгородиться от них, и стала искать гребаные кусачки для педикюра. Я была взбешена, обнаружив, что они были на полке, прямо там, где сказал Алек. Я сердито села на край ванны, положила ногу на опущенную крышку унитаза и начала подстригать ногти.

Я ненавидела тот факт, что они были действительно длинные, как и отметил Алек.

— Кила, ты долго еще? Мы уже готовы идти. — закричала Эйдин из кухни, хихикая.

Я нахмурила брови в замешательстве.

Мы куда-то собрались? 

— Куда? — закричала я.

— За покупками.

За покупками? 

— За какими?

Я подскочила, когда дверь ванной комнаты неожиданно распахнулась. Не знаю, почему прикрыла себя руками, я же не была голой, но если бы и была, то Эйдин меня уже и так видела.