— Принимая во внимание то, что ты только что сказала, я не самый худший партнер; любезничать и обниматься — это просто... не для меня.

Что?

Я убрала руку и прищурилась, давая глазам привыкнуть к свету.

— Что ты имеешь в виду?

— Я могу обнять тебя, пока ты не заснешь, но я не смогу заснуть таким образом. Я пробовал это сотни раз с сотнями разных людей, и это просто не для меня.

Не слишком ли распутно?

Я нахмурилась.

— Почему?

Алек пожал плечами.

— Это неловко и неудобно.

По поводу этого могу сказать, что спать с ним в обнимку было бы ужасно и неудобно, но точно не неловко.

— Почему тебе неловко обниматься?

— У меня есть четыре проблемы, связанные с объятиями, и я расскажу о них по порядку.

— Сейчас начнется, — пробормотала я.

Черт, я уже сожалею, что спросила.

Алек проигнорировал меня и поднял указательный палец в воздух.

— Во-первых, мне не нравится, что, когда я обнимаюсь с женщиной, ее волосы оказываются у меня на лице, и меня не волнует, что она горячая или что ее киска из золота.

Что? Киска из золота?

Вот. Свинья!

Алек проигнорировал мои скривившиеся от отвращения губы и поднял второй палец.

— Во-вторых, от этого немеет рука. Обычно это не беспокоит меня, но иглы, которые атакуют мою руку через несколько минут после объятий, мешают мне.

Задумавшись над этим, я мысленно пожала плечами — мне пришлось согласиться, что это неприятно для всех.

— Третья проблема, — продолжил Алек, следующий палец рассек воздух. — Когда я обнимаю женщину, у меня встает и я не знаю, стоит ли трахнуть уснувшую женщину или просто неподвижно лежать, пока это не пройдет. Большинство женщин хотели бы, чтобы их трахали в сознании, и благодаря моей удаче, проснувшись, она, вероятнее всего, будет кричать об изнасиловании и меня арестуют.

Я прикусила щеку изнутри, чтобы не рассмеяться.

Алек поднял четвертый палец вверх.

— И последняя проблема — объятия с тобой. Ты первый человек, который делит постель со мной и не трахает меня. Черт, мы даже еще не целовались, но уже живем вместе, и это все осложняет. Полный каламбур.

— Поправка, мы поцеловались перед моей мамой сегодня.

Алек усмехнулся.

— Во-первых, я поцеловал тебя, а не ты меня, так что ты меня еще не целовала. Во-вторых, это был не совсем поцелуй, потому что ты практически откусила мой язык.

Я слегка хихикнула, когда он положил руки на свои голые бедра и окинул меня взглядом.

— Ты должен изменить образ мышления, думай обо мне, как о сестре или как о лучшем друге.

Алек скривил губы в отвращении.

— Я не могу думать о тебе как о сестре, потому что я хочу трахнуть тебя.

Вау.

— Боже, ты всегда так прямолинеен? — спросила я, покачав головой.

— Да.

Я застонала. — Ну, хватит. Не знаю, сколько раз я должна сказать тебе, что между нами не будет секса. Ты горячий, очень горячий, но Алек ты также еще и придурок.

Он улыбнулся.

— Я могу трахаться будучи придурком.

— До тебя невозможно достучаться!

Я врежу ему по физиономии, если он будет продолжать в том же духе.

Алек хмыкнул.

— Я только прикалываюсь.

Я посмотрела на него и покачала головой. Он не притворяется. Он действительно хочет трахнуть меня, и чем больше я сопротивляюсь, тем больше он пытается соблазнить меня. И сейчас мой супер-самоконтроль был чрезвычайно важен. Я не буду уступать и спать с ним или любым другим человеком, если между нами не будет чего-то особенного. Я прекрасно понимаю, что это может означать то, что я не буду заниматься сексом в течение очень долгого времени, но я отказываюсь отдать себя кому-то, кто хочет только мое тело для грязной шумной игры, а это все, что Алек хотел от меня.

Секс.

— Мы живем вместе для того, чтобы привыкнуть друг другу и сыграть роль пары на свадьбе. Но не в спальне, потому что я не могу больше спать с тобой, это ужасно. Еще один удар коленом в спину может оказаться для меня смертельным.

Алек прищурил глаза. — Вызов принят.

Что?

— Алек, я не бросала тебе вызов.

— Слишком поздно, я уже принял вызов и собираюсь вернуться под одеяло, у тебя будет самый лучший сон, который когда-либо был. Ты так хорошо выспишься, что завтра уже не захочешь спать без меня.

Это было странно.

— С тобой что-то не так.

Он прыгнул на мою кровать.

— Скажи мне то, чего я не знаю, котенок.

Я заставила себя вернуться в кровать и лечь рядом с Алеком.

— Ты мог бы просто придерживаться своей половины, а я буду придерживаться своей?

— Я пытался, но ты постоянно скатываешься в мою сторону.

Я хмыкнула, оказавшись под одеялом.

— Потому что это, бл*дь, моя кровать, — пробормотала я.

— Что это было? — спросил Алек.