Но это не значит, что он должен флиртовать со стюардессой, когда я лежу на его чертовой груди!

— Что здесь происходит? — спросила я твердым тоном, заставив себя принять вертикальное положение.

Хотя это было трудно, потому что я только проснулась и мой голос был сиплым. Я сомневаюсь, что он звучал лучше, чем у заядлого курильщика.

Я хотела улыбнуться, когда стюардесса, которая склонилась к Алеку, вытянулась по стойке смирно, как рыба, выброшенная на берег.

— Доброе утро, спящая красавица.

Как он посмел быть милым со мной, когда я только что слышала, что он флиртовал со стюардессой, пока я спала на нем.

Он был свободным, но, алле, я лежала на нем!

Я свирепо посмотрела на него.

— Держи свой язык за зубами, пока я его не отрезала.

Алек изогнул брови.

— Ты не жаворонок, не так ли?

Это было так очевидно?

— Нет, я не люблю утро... или людей по утрам.

— Вау, как мне повезло с тобой, детка.

Саркастичная свинья! 

— Выкуси.

Затем Алек фыркнул и посмотрел на стюардессу, которая до сих пор стояла рядом, застыв, как статуя.

— Ты в порядке, милая? — спросил он ее.

Милая? 

Обалдеть!

Женщина вышла из оцепенения и сосредоточилась на Алеке, улыбка, которая появилась на ее лице была такой широкой, что мне стало жаль ее щеки.

— Да, мистер Слэйтер, благодарю вас.

— Да, мистер Слэйтер, благодарю вас, — передразнила я ее голос.

Женщина извинилась, сообщая, что ей нужно вернуться к работе. Не сказав не слова, я наблюдала за тем, как она уходит.

— Ты чертовски отвратителен. Ты не мог подождать, чтобы вступить в «клуб на высоте» со стюардессой Барби до тех пор, пока я не буду спать на тебе?

Я выпрямилась, скрестила руки на груди и посмотрела прямо перед собой.

— Кила?

— Что?

— Почему ты думаешь, что я уже не являюсь членом этого клуба?

Я повернулась к нему и толкнула.

— Ты действительно отвратителен!

— Не вешай ярлыки, пока не попробуешь.

— Я так не думаю, плейбой, — издевалась я.

Смех Алека прекратился и его место заняло рычание.

— Это было забавно в первые несколько раз, когда ты назвала меня так, но, пожалуйста, прекрати это сейчас же.

Я улыбнулась и посмотрела в окно самолета.

— Не собираюсь, плейбой.

Почувствовав его взгляд, я повернулась, чтобы посмотреть на него, и улыбнулась, когда нашла его, сверлящим глазами дыры во мне.

— Если бы взгляд мог убивать, я была бы мертва, — пошутила я.

— Мои красивые глаза не причинят тебе вреда, не волнуйся.

— Ты только что назвал свои глаза привлекательными?

Алек дьявольски ухмыльнулся, и это заставило меня немного встревожиться.

— Нет, это ты сказала, что у меня красивые глаза.

Он бредит?

— Ты в своем уме? Я никогда не говорила, что у тебя красивые глаза…

— Говорила. Прямо перед тем, как заснуть, ты сказала, что у меня красивые глаза.

Я почувствовала, как мое лицо начинает пылать.

Это было невыносимо, он дал мне что-то, чтобы меня вырубить, и чтобы я сказала то, чего не хотела говорить!

— Я говорила еще что-нибудь? — пробормотала я.

Алек наклонился ко мне и прошептал медленным, завораживающим голосом:

— Ты сказала, что любишь мой голос, мой пресс и задницу.

Я громко ахнула. — Я не говорила этого!

Он засмеялся. — Ты это сказала.

Я была в ужасе, совершенно подавлена!

— Прямо сейчас я ненавижу тебя.

Алек посмеялся надо мной, и на мгновение мое смущение улеглось, но меня захватил гнев, и я показала ему средний палец.

— Это было просто невежливо.

— К сожалению, ничем не могу помочь.

— О, так твой средний палец имеет свой собственный разум? — спросил Алек с веселым взглядом.

Я взглянула на него и сказала:

— Да, и он просто заступился за меня.

Он рассмеялся, чем привлек внимание людей, сидящих рядом. Я толкнула его ногой в голень, заставляя его шипеть во время смеха.

— Ты когда-нибудь перестанешь смеяться? Ты как гиена!

По-прежнему смеясь, Алек произнес:

— Я счастливый человек, и если это делает меня похожим на гиену, то пусть будет так!