— Постоянно напоминаю вам об этом, друзья, но мало ли кто-то подзабыл! — ведущий перекрикивает рёв толпы. — Обратите внимание на правую руку Томагавка! Татуировки! Видите?! Восемь смайликов с перечёркнутыми глазами! Именно столько боёв со смертельным исходом провёл этот парень!

Ведущий продолжает облизывать убийцу. Заводит толпу. Я же бросаю взгляд на электронные часы с красными цифрами. До начала поединка остаётся пятьдесят три секунды. Рано…

— Эй! Эй! Притормозите со ставками, друзья! Неужели не нашлось ни одного человека, кто попытает счастья? Признаться, я давно не видел таких коэффициентов! Сто к одному на то, что Сайлок выстоит первый раунд! Только представьте! Делаете минимальную ставку в десять кредитов и снимаете тысячу!

Тридцать секунд. Решаю подождать ещё малость…

— О, вы только посмотрите! Пару смельчаков всё же нашлось!

Двадцать секунд. Пора. Средним пальцем оттягиваю бинт и сдавливаю кулак, чтобы раскрыть горло пакетика. Делаю вид, что тру нос. Втягиваю содержимое ртом и растаскиваю по дёснам. Смесь щиплет и горчит. То, что не уместилось под губами, запихиваю под язык. Короткий миг, и я ощущаю действие. Закрываю глаза, проваливаюсь в себя.

Структура материи рушится. Разваливается на куски, будто песочный замок, который смывает волной. Звенья силы, ловкости и выносливости рассоединяются. За ними — интеллект и восприятие. Всё то, что я собирал по крупицам, осыпается, будто карточный домик, превращая привычную структуру в наваленную кучу брёвен и сучков — вторичных характеристик. Но это не конец… Это начало новой структуры… В наваленной куче звеньев создаются новые связи. Некоторые меняют цвет. Я пересчитываю их и оцениваю получившиеся характеристики:

Сила 4 (+1), Ловкость 4, Выносливость 5(+2), Восприятие 8 (-2), Интеллект 7 (-1).

Вторичные выглядят так:

Вторичная характеристика физическое развитие 3 (+1).

Вторичная характеристика сопротивление урону 3 (+1).

Вторичная характеристика рукопашный бой 3 (-1).

Вторичная характеристика алхимия 4 (-1).

Слышу гонг, открываю глаза. Началось…

Материя Томагавка превышает мою материю раза в три и, судя по первому удару, прокачана в боёвку. Ставлю руки в блок, но размашистый удар едва не роняет меня на ринг.

Порошок поднял физу и сопротивление урона, а также баффнул столь важные основные характеристики: силу и выносливость. Больше часа я работал с пропорциями и слойностью, чтобы собрать рецепт с двухминутной длительностью, которого хватит на весь раунд.

Минус единица к интеллекту никак не сказывается, по крайней мере в бою этого не понять. Особенно когда ты выступаешь грушей. Работают инстинкты. А вот минус два к восприятию — ощущается. Я хуже предугадываю удары.

Томагавк провёл затяжную серию прямых и боковых руками. Я словил в челюсть, бровь, нос. Получил трещину в рёбрах и опухшее ухо. В ход пошли ноги. Предплечья и икры онемели после пяти ударов. Я содрогался всем телом и летел в соседний угол. Мягкие ткани травмировались и расползались запёкшимися гематомами под кожей. Прошло тридцать секунд.

Рано или поздно это должно было случится. Я пропустил в корпус, а после — прямой в челюсть. Поплыл. Оступился и не закрылся. Шмякнуло в районе носа, и нижнюю часть лица залила кровь. Толпа орёт, но я слышу только звон. Пропускаю в живот и бровь. Теряю равновесие, заваливаюсь на спину.

Плюс два к выносливости — вот, что помогло мне продержаться тридцать секунд. Но впереди ещё полторы минуты…

Он прыгает сверху. В разрезе рта — чёрная капа, в глазах — бешенство, на шее — вздувшиеся вены. Укатываюсь в сторону и вскакиваю. Томагавк хватает за руку, но его пальцы соскальзывают по пропитанному кровью рукаву. Смерть, которая была в паре сантиметров, чуть отступила. Но надолго ли? В клинче мне точно хана. За счёт превосходства в силе он сомнёт меня, будто пресс заготовку. На ногах ещё подержусь. Ещё чуть-чуть…

Идёт вторая половина раунда, и он включается на полную. Дрыщавый парнишка не имеет право так долго держаться против него. Он злится и бьёт, бьёт, бьёт! Руки и голени сбиты в ноль. Подставляю плечи и бёдра. Что угодно и как угодно… Моё тело — удароприёмник. Отбивная. Я скармливаю любую часть для удара, чтобы выиграть время. Секунда. Ещё одна. Кажется, получается, но вновь прилетает точный прямой…

Голова запрокидывается. Я висну на канатах. Руки разлетаются в стороны. Смотрю на Томагавка одним глазом, второй — фиолетовая слива. Стерплю два удара в лицо, а потом всё… Черепно-мозговая, кровоизлияние, остановка… Голова и так не работает. Приказываю поднять руки, поставить блок. Плевать, что они отбиты и с трещинами в костях. Нужно уберечь голову. Не успеваю. Кулак уже летит.

Не сдавайся! Попробуй ещё что-нибудь! Вжимаю голову в плечи и наклоняю. Кулак прилетает в лоб. Меня швыряет на канаты почти без сознания. Сильные руки Сайлока, который любил повисеть на турнике, мертвой хваткой впиваются в верёвки, не позволяя телу упасть. Проходит секунда. Ещё одна. Я готовлюсь принять следующий удар, но Томагавк почему-то медлит. Кое-как понимаю голову и вижу, как он скрючился, схватившись за левую кисть.

Толпа кричит «убей!». Томагавк подчиняется зову и поднимает кулаки, но его останавливает гонг.