Я вскочила с кровати и обняла его. Книги, покружившись, аккуратно встали на полку.

– Надо же, пап, а я так не умею! Ну, пожалуйста, ради меня, не вмешивайся, а?

– А ты обещаешь больше не встречаться с этим Марком и его сестрой?

– Он и сам теперь не захочет меня видеть, - уклончиво ответила я.

– Ладно, сделаю, как ты хочешь. Но чтобы больше никаких слёз из-за них.

– Не будет слёз, - улыбнулась я, - давай посмотрим, что ты там приготовил, а то у меня вдруг аппетит проснулся.

В это время хлопнула входная дверь, это пришли мама и Ромка. А дальше всё пошло как по маслу: мы ужинали, обсуждали домашние проблемы, и я успешно делала вид, что со мной всё в порядке. Хоть это и было не так.

После ужина вернулась к себе. И замерла на пороге. На подушке лежал синий пушистый шарф, я подошла и взяла его в руки. Красная роза, завёрнутая в подарок Марка, почти упала на пол. Еле успела подхватить её. Поднесла к лицу и вдохнула тонкий аромат. Её стебель был ещё влажным. «Та самая, что стояла в хрустальном бокале на столе», - поняла я.

Положив шарф и розу на кровать, я пошла на кухню. Налив стакан воды, вернулась в комнату, бережно опустив цветок в воду. Пусть это был и не хрустальный стакан, я пристроила его на своём письменном столе, закуталась в синий шарф и села, подперев лицо руками.

– Что это значит? Он так прощается со мной или, наоборот - просит прощения?
– я смотрела, как по моей команде медленно кружится стакан в такт мелодии, звучащей из наушников. Так и не найдя ответа на свой вопрос, я остановила бестолковое кружение цветка и решила, наконец, посмотреть пропущенные звонки.

Большинство из них было от Марка, и когда это он успел забить свой номер в мой телефон и даже подписать его - «Змей»? Не помню такого! Вот ведь хитрюга... Улыбнулась, рука сама потянулась, чтобы позвонить ему, но я передумала. Мне было страшно услышать его голос и то, что он мог мне сказать.

Решение проигнорировать звонки Марка далось мне нелегко. Он имел полное право обидеться на меня. Но я упрямая, и решила оставить всё как есть. Поэтому открыла учебник и взялась за «домашку». Я без конца отвлекалась и потому просидела долго.

Когда папа зашёл, чтобы пожелать «спокойной ночи», он застал меня с карандашом в зубах, склонившуюся над учебником.

– Ты ещё не спишь? Поздно уже.

– Нормально, посижу ещё, - ответила я голосом замученного учёбой ребёнка. И папа ушёл, даже не спросив, не заболела ли я, раз сижу в тёплом шарфе...

Утро нового дня было таким же, как и все предыдущие. Подружки в школе устроили мне бойкот. Это всё Марк виноват, зачем было устраивать «представление» при девчонках? Я не стала объясняться и просить у них прощения за то, что у меня есть своя жизнь. Если что и беспокоило меня в тот момент, то это - предстоящий разговор с Марком. Если он вообще захочет со мной говорить после вчерашнего.

Я оказалась права насчёт девчонок, после занятий Лена, как ни в чём, ни бывало, спросила: «Что сегодня будешь делать после уроков: пойдёшь гулять или опять «занята»?

Ответила, что свободна, и это её устроило. Ну а Леру - тем более. Из школы мы вышли втроём и сразу же увидели Марка, поджидавшего меня за воротами.

– Везёт же некоторым!
– вздохнула Лера.

– Причём, совершенно незаслуженно, - поддержала её вторая подруга.

И они, задрав носы и демонстративно не попрощавшись со мной, ушли. А я медленно побрела навстречу пугавшей меня неизвестности. Сегодня Марк уже не казался таким весёлым, как вчера, он даже не улыбнулся, увидев меня.

– Привет, почему трубку не брала? Я переживал за тебя...

– Привет. Извини, Марк. Вчера слишком разволновалась, не до разговоров было, - ответила я, не поднимая на него глаз.

– Ясно, - он поправил на мне синий шарф. Мне показалось, что его настроение улучшилось, - как ты?

– Нормально. Это ты вчера расстроился, кажется...

– Да нет, просто как-то всё неожиданно получилось. Не каждый день узнаёшь о новой родне. Кстати, а ты своему папе о нас с Луизой сказала? Он у тебя серьёзный, - и он усмехнулся.

Я навострила уши.

– Почему ты так решил?

– Ну, помнишь, когда мы вчера шли ко мне. Я попытался внушить ему, что нас с тобой там не было.

– Помню, - выдавила я, и сердце заныло в плохом предчувствии.

– Так вот, ничего у меня не получилось. Теперь-то я понимаю, почему. А вчера растерялся, когда в моей голове вдруг раздался голос: «Немедленно прекрати, мальчишка, если не хочешь остаться без головы!»

Я ахнула.

– А ты уверен, что это был он?

– Маш, ну кто же ещё, подумай сама! Я же его пытался гипнотизировать, не представлял, что он такой сильный...