Ей было приятно это "у нас". А вот девочки...

– Не волнуйся, у Юрия голова сидит на плечах крепко, - успокоил ее Кирилл.

– Как он в экспедиции питается?

– Прекрасно! Каша, макароны, тушенка...
– Он засмеялся.
– Все матери одинаковы... Да ты сама увидишь, у нас там здорово!

"Если увижу", - подавила вздох Гранская. Она должна была ехать с Кириллом в экспедиционный лагерь. Недели на две. Затем - втроем в Москву. И вот, не получилось. Инга Казимировна не хотела пока говорить об этом, чтобы не омрачать сразу радость встречи.

Кирилл по-своему расценил ее озабоченность. Накрыв ладонью ее руку, он сказал:

– Все будет о'кей, Ингуша... Ты знаешь, я очень счастлив... Понимаешь, мужчине обязательно нужно иметь сына. Это как бы твое продолжение... А у меня теперь есть Юрка... Нет, ты не подумай, я люблю своих девчонок...

– Да, прости, как они?

Кирилл молча стал есть второе. Ответил потом:

– Она приезжала...

"Она" - это его жена.

– Накупила им кучу тряпок, - продолжал Шебеко.
– Сколько можно! Неужели в шмотках все дело?

Он вздохнул. Гранская больше расспрашивать не стала - это был "пунктик" Кирилла. Он боялся, что дочери слишком заняты "вещизмом", а мать поощряла их в подобном увлечении.

– Ну, а твои успехи?
– намеренно перешла Инга Казимировна на другое.

И он с увлечением стал рассказывать, какие интересные открытия сделаны экспедицией.

Дело в том, что в начале семидесятых годов в Абхазии, неподалеку от селения Дурипш, была обнаружена третья в мире по глубине пещера - 1200 метров. Самое удивительное - на дне ее лежал вечный снег. Так что это уникальное явление природы заинтересовало не только спелеологов специалистов по пещерам, но и гляциологов - ученых, занимающихся исследованием ледников и снежников. Короче, для любого географа это был клад.

– Фантастика, да и только, - говорил Кирилл.
– Наверху субтропики, чайные плантации, мандарины, а внизу - Арктика...

Они просидели в "Привале" до самого закрытия. И, когда вышли, Гранская сказала:

– Я думаю, Кирилл, тебе нужна ванна и чистая постель.

Он с благодарностью посмотрел на нее и подал ключи от машины. Как и всегда, до Зорянска машину вела Инга Казимировна.

"Дома ему и скажу, что моя поездка отменяется", - решила она.

* * *

Захар Петрович задержался на работе. И, когда пришел домой, застал Галину расстроенной. Она была у Будяковых.

– Просто сердце разрывается, - говорила жена.
– Это же надо, на одну семью столько несчастий... Неужели милиция не разыщет мальчика?

– Разыщут, разыщут, будь уверена, - успокоил ее Захар Петрович.

– И еще муж Будяковой...

– А что муж?

– Вот с такой шишкой на лбу! В воскресенье напился, упал. Дружинники подобрали на улице, свезли в медвытрезвитель...

– Значит, Будякова говорила правду, - недовольно заметил Измайлов.

– О чем?

– Да о том, что часть денег ему на заводе все-таки выдают на руки...

И он подумал про себя: надо еще раз напомнить Ракитовой, чтобы и этот вопрос был выяснен в ходе проверки.

Потом Галина расспрашивала, как было в Рдянске. Он отвечал коротко: конференция как конференция, вот только выступление его не очень удалось. Наверное, переутомился перед этим. Об истории с Мариной он, как и решил, не сказал ни слова.

– За выступление не переживай, с кем не бывает, - сказала жена.

Они были одни, Володя ушел к приятелю. Сели обедать. Галина поинтересовалась, заходил ли Захар Петрович к Авдеевым, вообще, как они живут. Этот вопрос смутил Измайлова. Как объяснить, почему он не был дома у Владимира Харитоновича? Сказать правду не мог, а сочинять что-нибудь не хотелось. Выручил приход Межерицкого.

– Который час?
– спросил вместо приветствия Борис Матвеевич.

– А что, у тебя нет часов?
– отпарировал Измайлов.

– Да как-то начальство не удосужилось наградить...
– Он похлопал Измайлова по плечу.
– Значит, скоро в Зорянске будет новый прокурор?

Захар Петрович чуть не поперхнулся супом. Межерицкий, расценив его замешательство как скромность, рассмеялся.

– Я полагаю, теперь тебе прямая дорога в область. А то и выше, в Москву, в Прокуратуру Союза... Кстати, я совсем недавно узнал, что нынешний Генеральный прокурор Союза тоже когда-то начинал с прокурора района в Ростовской области. Так что, Захар, я не удивлюсь, что тебя вызовут в столицу и предложат...

– Там и без нас отлично обойдутся, - справившись с собой, заметил Измайлов.
– Садись, поешь с нами.

– Если поднесут, - уселся на стул Межерицкий.

– А что, - встрепенулась Галина, - может быть, действительно по рюмочке? Такое событие...

– Я пошутил, - остановил Галину Борис Матвеевич.
– Не суетись. Только что от стола... Я вот по какому делу... Вернее, так сказать, делегирован к тебе...

– От кого?

– От всех, считай, мичуринцев.

Мичуринцами Межерицкий называл членов их садового товарищества.