— Я не сторонник того, чтобы ждать, — произнесла Асима. — Не тогда, когда это касается моего сына.

— Позвольте? — подал голос Брунен.

— Говори, — кивнул Фарлей.

— Если мы предположим, что это действительно связано со Сверигией, то скажите, знает ли хоть один свериг о потайных ходах замка?

— Не думаю, — ответил король.

— Тогда получается, что у Сверигии есть кто-то свой в замке.

— Кто-то, кто может получить что-то в случае, если к власти в Сверигии придёт другой человек, — добавил Латимор.

— Если пуговица от куклы, то этот человек смог таким образом подкупить Шелдона или Феликса, — проговорил Фарлей.

— Втереться в доверие к ребёнку не так сложно, — кивнул Альфред.

— Если что, я уже отдал распоряжение перекрыть границы, — сказал Шепард.

— Но эти люди могут опережать нас на один шаг, — проговорил Латимор.

— Я полагаю, что необходимо продолжать поиски детей в замке и в городе, — сказал Брунен. — Но также нужно проверить версию Сверигии.

— Согласен, — произнёс молчавший до сих пор Оташ. — Но я считаю, что эту версию надо держать в тайне. Никто, кроме тех, кто сейчас присутствует здесь, не должен знать об этом. Если окажется, что дело действительно в Сверигии, то эти люди не должны знать о нашей догадке. По крайней мере, до тех пор, пока они сами не проявят себя.

— Поддерживаю, — кивнул Латимор.

— Я поеду в Сверигию, — уверенно проговорил Густав. — С Жоржем.

— Грета? — догадался Фарлей.

— В Сверигии я ещё не засветился.

— Хорошо, — согласился король. — Поезжайте.

— Я бы тоже хотела поехать, — сказала Асима, — но я понимаю, что я не должна.

— Ваше дело оставаться здесь, терпеливо ждать и принимать верные решения, — ответил Латимор.

— Да, — кивнул Фарлей. — И мы должны до последнего скрывать от народа исчезновение Шелдона.

— Жорж, мы собираемся, — объявил Густав.

— Слушаюсь, — отозвался Кафар.

— Возьмите меня с собой! — вдруг попросил Юрген.

— Нет, эне, — возразил Оташ.

— Что нет? Феликс — мой кузен. Я не должен был брать его с собой. Это я виноват. Я должен хоть что-то сделать.

— Тогда я тоже еду.

— Стоп-стоп, — вмешался Густав. — Не все сразу. Предлагаю сделать так. Сначала поедем мы с Жоржем. А потом уже ты, Оташ, отправишься с визитом как великий шоно. Ты захотел выказать своё уважение новой правительнице Сверигии — Марне.

— А я? — спросил Юрген.

— Тебя в Сверигии мало кто знает, ведь так? — задумался принц.

— Так.

— Будешь бардом, как и я. Ты ведь играешь на флейте.

— Почему он не может поехать со мной? — спросил Оташ. — Он мой брат и мой визирь.

— Бард сможет узнать намного больше. Или ты не согласен?

— Только не смей сейчас говорить, что будешь бояться за меня, — проговорил Юрген.

— Хорошо, — вздохнул Оташ. — Я согласен на эту вашу авантюру.

— Тогда собираемся в путь, — произнёс Густав. — Шепард, держи меня в курсе, пока мы не уедем. Юрген, а тебе нужно запастись одеждой потеплее. В Сверигии лето короче нэжвилльского и порой намного холоднее.

— А у меня нет с собой, — ответил Шу. — Мы же не планировали поездку на север.

— Возьмёшь мою, — сказал Фарлей. — Думаю, тебе будет впору.

— Спасибо, ваше величество, — улыбнулся Юрген.

— Флай. Меня зовут Флай.

— Спасибо, Флай.

— Оташу я могу свою дать, — предложил Шепард.

— Если я поеду позже, то я и купить успею, — ответил шоно. — Благодарю, Шепард.

— Мы ведь не на автомобиле поедем? — спросил Юрген.

— Нет, — покачал головой Густав. — Барды путешествуют пешком или верхом. Да и через Железный лес пока не проложили хорошую дорогу.

— Возьми одну из моих лошадей, — сказал король. — Выбери сам.

— Спасибо, Флай, — снова поблагодарил Шу.

— Не будем терять времени, — проговорил Густав. — Пора собираться.

Они отправились в путь рано утром. На прощание Оташ крепко обнял Юргена и проговорил:

— Дождись меня, эне.

— Куда же я денусь? — отозвался Шу.

— С твоим умением влипать в истории от тебя можно чего угодно ожидать.

— Кто бы говорил, Таш.

Густав был уже в облике Греты, Оташ хорошо помнил этого барда и его верного телохранителя. Не без их помощи он когда-то смог по праву вернуть себе имя великого шоно. Пусть прошли годы, но Густав по-прежнему выглядел очень молодо, и от женщины его в этом облике отличить было трудно.

В королевской конюшне Юрген выбрал себе гнедого коня по кличке Изумруд. По словам Густава, это было смирное и очень умное животное.

Вскоре замок остался позади, а впереди показался Железный лес, за которым начинались земли Сверигии.

— Таво, а ты знал Рагнара лично? — поинтересовался Юрген.

— Нет, он ни разу не приезжал в Нэжвилль с тех пор как я начал жить в замке. Но Флай с ним виделся. Рагнар обычно направлял всюду своих послов, сам не любил выезжать.

— Оташ вот тоже с ним не виделся. И к нам послы приезжали. Но давно, когда мы провозгласили Шаукар столицей Шоносара, к нам приехал сам Хьярти.