— Зайдёте ко мне? — предложил Юрген.

— Позволь узнать, для чего? — поинтересовался Брунен.

— Пока вы не приехали, расследованием занимался я. Если тебе не интересно, что я смог узнать, то можешь не заходить.

— А я уж решил, что ты сознательно будешь скрывать от меня всю информацию.

— Знаешь, меня, конечно, бесит, что Оташ вызвал вас, но я очень хочу поскорее найти убийцу, поэтому давай поговорим. Вставлять тебе палки в колёса я не собираюсь.

— Хорошо, давай.

Втроём они зашли в покои визиря, и Юрген рассказал обо всём, что знал сам, не скрывая практически ничего.

— То есть ты полагаешь, что это может быть Казим? — внимательно выслушав его, проговорил Альфред.

— Я не знаю, — пожал плечами Юрген. — Это ты у нас сыщик, тебе делать выводы. Только должен тебя предупредить, когда будешь беседовать с ним, будь готов к тому, что Казим станет отрицать свою связь с проститутками.

— Это меня вряд ли бы удивило.

— Но тебя, возможно, удивит, каким образом он будет прикрывать свой, ну ты понял.

— И что же он может такого сообщить?

— Он скажет, что этой ночью был со мной.

— Что? — явно не понял Брунен.

— Мы с ним этой ночью мило беседовали о ремесленном училище. Казим уверен, что я смогу это подтвердить. А когда убили Гулли, он пил вино с Омари. Разумеется, наш главный ловчий тоже это подтвердит, если я его попрошу.

— Может быть, ты ещё что-то не договорил?

— Да, есть немного. В ночь, когда убили Гулли, Дарын играл со мной в карты.

— Допустим. А в остальные ночи что делал Дарын?

— Был во дворце, и слуги могут это подтвердить.

— А где же на самом деле был министр торговли, когда убивали Гулли?

— Разве Ким тебе не рассказал?

— Рассказал.

— То есть ты меня проверяешь?

— Ты сам меня вынуждаешь.

— Но ты согласен, что Дарына можно вычеркнуть из числа подозреваемых? Не мог он и с Кимико ночь провести, и к Гулли сбегать, чтобы придушить.

— Согласен.

— Остаётся ещё Улмес, — сказал Юрген.

— Думаешь, кто-то из убитых проституток могла его шантажировать? — предположил Альфред.

— Всё может быть. Неплохо бы узнать, где он был в ночи убийств. Я могу проделать это точно так же, как с Дарыном и Казимом.

— Могу я сказать? — поднял руку молчавший до сих пор Элинор.

— Конечно, — кивнул Брунен.

— Юрген, вот ты говорил про брата одной из убитых девушек.

— Самур, — отозвался Шу. — Брат Гулли.

— Верно. Ты упомянул, что он будто бы опознал Казима.

— Опознал.

— И Казим понимает, что брат может его выдать.

— Я понял, к чему ты клонишь, Элли, — вмешался Альфред. — Считаешь, что этот парень в опасности?

— Если вдруг окажется, что этот Казим и в самом деле убийца, то он вполне может избавиться от ненужного свидетеля.

— Я сказал Казиму, что с братом можно будет договориться, — произнёс Шу.

— Пожалуй, я соглашусь с Элли, — ответил Брунен.

— Можно отправить одного из стражников в «Дом сладостей», чтобы присмотрел за Самуром. Парень устроился туда на работу, — сказал Юрген. — Одного, думаю, Оташ мне простит.

— Отправь, — кивнул Альфред.

— Ты станешь возражать, если я захочу пообщаться с Улмесом? — спросил Шу.

— Почему я должен возражать?

— Это твоё расследование.

— Конечно моё, это бесспорно.

— И?

— Ты можешь общаться с кем угодно, это твой город, твоя страна, — усмехнулся Брунен.

— Знаешь, мы с тобой никогда не сможем договориться.

— А зачем нам с тобой договариваться?

— Ты, может быть, думаешь, что я держу на тебя зло за тот случай десять лет назад?

— Какой случай? — вдруг спросил Элинор.

— Ты не хватался перед своим помощником? — поинтересовался Юрген.

— Здесь нечем хвастаться, — ответил Альфред.

— Но что случилось десять лет назад? — снова задал вопрос Акст.

— Он толкнул меня, я упал, сильно ударился головой и потерял память, — ответил Шу.

— Как же так вышло? — всплеснул руками Элинор.

— Альфред спустил собак на моего волка.

— Я ничего не понимаю, — проговорил Акст.

— Ну, он тогда был пастухом, а у меня был мой ручной волк, я его воспитал. Овцы напугались, и Альфред спустил собак. Я кричал ему, что этой мой волк, что он не тронет овец, а он не поверил. Я ему даже приказывал, но он не подчинился. Тогда он меня и толкнул.