– Пейдж! – предупреждаю о нашем появлении я, как только мы входим в квартиру, хотя учитывая тонкие, как бумага, стены, она, вероятно, услышала нас и без этого. – Пахнет фантастически!

Я тяну Гевина за руку и веду его подальше от грязных, запятнанных водой стен коридора в нашу квартиру, где мы с Пейджем неустанно работаем, чтобы создать уют и комфорт.

– Само собой, – отвечает она, выглядывая из-за стены, разделяющей кухню и гостиную. – На кухне я просто гений.

– Что готовишь? – спрашиваю я, отпуская руку Гевина, чтобы обойти крошечную барную стойку в попытке приблизиться к плите, откуда исходят удивительные запахи.

– Ай-яй-яй! – Пейдж хлопает меня по руке, когда я лезу в кастрюлю и пытаюсь вытащить гриб. – Марш отсюда, сучка. Еще не готово. – Я надуваю губы, одергиваю руку и потираю место удара. – И отвечаю на твой вопрос, я готовлю бифштекс с грибами, обжаренными в чесноке и масле. На гарнир жареный молодой картофель и спаржа с голландским соусом, а на десерт шоколадный мусс. – Я начинаю чуть ли не визжать от радости, но она останавливает меня, подняв руку. – И прежде чем ты начнешь восторгаться, нет, это не вырезка. Я не мистер Денежный мешок, как вон тот, – говорит она, указывая подбородком на Гевина и игриво ухмыляясь. – С нашим бюджетом я смогла сообразить только на нью-йоркский стрип-стейк.

– И все же... – начинает Гевин. – Похоже, ты снова превзошла саму себя, Пейдж. Не могу дождаться.

– Пффф, – фыркает она, поднимая сковородку с грибами и делая эту крутую штуку со взмахами, не выронив содержимое на пол. Черт, я завидую. Я пробовала так раз или два, но результат был совершенно другим, включая несколько ожогов первой степени.

– Это моя работа. Нет смысла что-то делать, если это не обещает быть потрясающим. Я могу превратить тушенку в шикарное блюдо.

– Она взаправду может, – поддакиваю Гевину с мудрым кивком. – Я точно знаю. Один раз ей это уже доводилось.

– Ты ела консервированное мясо? – спрашивает он, презрительно скривив губы.

– Не было выбора, – отвечаю я, лениво пожимая плечами. – Мы живем, как две нищие студентки, только без колледжа.

– Ты обалдеешь, когда узнаешь, что я могу сделать с пакетом яичной лапши и мясной нарезкой, – добавляет Пейдж.

Я указываю в ее сторону.

– Точно. Заверяю тебя, может у нас и меньше денег, чем у тебя, но мы все равно питаемся как короли из того, что есть. Ты должен супер-завидовать нам.

– Я схожу с ума от зависти, – улыбается Гевин, обнимая меня за талию и притягивая к себе, отчего внизу живота разливается томление.

– Никаких шуры-муры на моей кухне! – предупреждает Пейдж, тыча в нас деревянной лопаточкой. – Марш отсюда. Я позову, когда ужин будет готов.

Смеясь, отвожу Гевина в сторону.

– Хочешь посмотреть мою спальню, – заговорщицки шепчу ему на ухо, прикрыв веки, изображая страстный взгляд.

– Пейдж? – кричит через плечо Гевин, не сводя с меня глаз.

– А?

– Через сколько примерно все будет готово?

– Минут через двадцать.

Уголок его рта приподнимается в грешной усмешке, когда он подталкивает меня к спальням.

– На все, что мне бы хотелось, времени не хватит, но я постараюсь максимально полезно использовать его. – Ну вот, я уже теку. – А теперь, Пенелопа, давай проверим, способна ли ты вести себя тихо.

Как выяснилось, не способна. Когда мы покидаем спальню двадцать минут спустя, Пейдж изучает нас понимающим, но слегка раздраженным взглядом.

– Очень мило, придурки. Я тут вкалываю у плиты, готовя ужин достойный королевской семьи, а вы там разыгрываете сцену из порно.

Я даже не могу заставить себя устыдиться, поднимая руку и приглаживая спутанные волосы. Верный своему слову Гевин отлично использовал эти двадцать минут... дважды. Так что я в пост-оргазмическом состоянии и не могу чувствовать себя плохо из-за того, что мои крики слышали чуть ли не все соседи.

Гевин самодовольно ухмыляется, отодвигая стулья для нас с Пейдж, после чего сам садится за наш маленький обеденный столик. Беседа за поглощением наивкуснейшей еды Пейдж течет легко и свободно. Серьезно, если бы не боязнь чужих вагин, я бы давно одела Пейдж на палец кольцо за один ее талант в кулинарии. Никаких важных тем не поднималось, мы просто болтали и смеялись над глупыми шутками друг друга. Ну, глупые шутки исходили больше от меня и Пейдж, а Гевин искренне улыбался. Я уверена, что он наслаждается моими с подругой выходками. Что я могу сказать? Мы забавные.

Когда десерт был прикончен наполовину, грохот прервал мои стоны, которые я издавала, уничтожая шоколадный мусс Пейдж. За него можно умереть.

– Что это было? – спрашивает Гевин.

– Похоже, в 3В опять двадцать пять, – бормочет Пейдж, глядя в стену, прежде чем вернуться к еде.

– В смысле?

Я поднимаю палец в воздух.

– Просто подожди. Сейчас поймешь.

Ну и дальше, как по часам.

– Ты пожалеешь, мать твою! Я заставлю тебя пожалеть, что ты появился на свет!