– Дамы, не могли бы вы подождать секунду в соседней комнате? Мне нужно кое-кого притащить.

– Разумеется, – воркует Пейдж, осматриваясь по сторонам.

Все еще немного недовольная Пенелопа просто кивает и идет за мной в конференц-зал. Она направляется к одному из стульев, но я хватаю ее за руку и сокращаю расстояние между нами.

– Эй. – Указательным палацем приподнимаю ее подбородок, так что она вынуждена смотреть в мои темные глаза. – Когда мы окажемся в моем номере, обещаю загладить свою вину. Честное слово.

– И как же ты собираешься это делать? – интересуется она.

Скользнув рукой вниз к ее заднице, крепко сжимаю ягодицы и шепчу Пенелопе на ушко, отправляя волну марашек бежать по ее коже.

– Для начала, я буду ласкать языком твою сладкую «киску», пока ты не окажешься на грани оргазма, а затем, я оттрахаю тебя членом до потери сознания, заставляя выкрикивать лишь мое имя. И я не кончу, пока не удовлетворю тебя... дважды.

Ее дыхание становится тяжелым, а руки на моей спине впиваются в мою кожу от чистого возбуждения.

– Черт, я бы тебя простила, – заявляет Пейдж, уже сидя на одном из стульев со скрещенными ногами и размахивая руками перед лицом.

Поржав от вида лучшей подруги Пенелопы, я отстраняюсь и нежно целую свою девушку в лоб.

– Скоро вернусь, детка.

– Как скажешь, – едва слышно хрипит она, когда я закрываю за собой дверь.

Бл*ть. Я потираю шею, собираясь с мыслями. У меня самого встал от моей маленькой речи. Чем быстрее я решу дела, тем быстрее смогу уложить Пенелопу в постель. Хотя я и брал ее сегодня, я все еще чертовски жажду ее тугой «киски» вокруг моего члена.

Провожу магнитной картой по считывателю в комнату управления и вхожу, оглядывая всех сотрудников, погруженных в работу. В стороне, прислонившись к стене, стоит Грэхем с понимающим взглядом и стаканом виски в руке.

– Смотрите-ка, кто пожаловал, джентльмены, – приветствует Грэхем, не сводя с меня глаз. – Сам конченный подкаблучник Гевин Сент, который вытащил свой член из влагалища своей цыпочки, чтобы ненадолго почтить нас своим присутствием!

Он нарочно меня заводит, очевидно, увидев, как мы входили в отель. Клянусь, этот мужик не может найти себе занятие получше, чем следить за каждым моим шагом.

– Ты имплантировал мне чип, пока я спал, чтобы шпионить за мной?

Опрокинув стакан и осушив его до дна, он отставляет его в сторону и подходит ко мне, засунув руки в карманы.

– Что ты задумал, Сент?

– Ничего, – улыбаюсь я ему своей самой лучшей улыбкой. Если бы я не собирался просить его заселить Пейдж и Пенелопу в «Парагоне», он бы уже давно получил по физиономии за предыдущее замечание. Сделаю это после... может быть. Не хочется уменьшить шансы девочек.

– Как-то не верится. Почему Пейдж и Пенелопа в конференц-зале?

Ах, так он просто спалил, как мы входили в конференц-зал. Что ж, это помогает делу. Если бы он увидел как разгружали чемоданы девочек из багажника моего авто, то мне пришлось бы уже сейчас столкнуться с цунами гигантского масштаба.

– На днях в покерном зале произошло кое-что, о чем Пенелопа хотела бы с тобой поговорить, – быстро соображаю я, сохраняя серьезное выражение лица. – Она боится разговора с тобой наедине, так что Пейдж здесь в качестве группы поддержки.

Грэхем перестает изображать крутого парня и проводит рукой по волосам.

– Серьезное дерьмо? Она в порядке?

– Думаю, тебе следует спросить у нее, – мрачно отвечаю я.

– Черт, как раз то, что мне нужно. Кто этот засранец? – спрашивает Грэхем, проходя через кабинет управления. – Рамос? Мудила приблизился к тому, чтобы его задницу выкинули отсюда навсегда.

Я ничего не отвечаю, позволяя ему думать то, что он хочет, пока он не оказывается в конференц-зале. Закрываю за нами дверь и перекрываю единственный выход.

Поправив галстук, Грэхем подходит к Пенелопе и опускается перед ней на колени. На ее лице появляется выражение ужаса и она вопросительно поглядывает на меня. Я прячу ухмылку, которая грозит вырваться наружу. Сент, держи себя в узде.

– Что случилось? Мне нужно знать каждую деталь для отчета.

С разинутым ртом и дикими глазами Пенелопа ищет ответы. Желая поиграть еще немного, я киваю ей.

– Давай, детка. Ничего от него не таи.

Прыгая по нам глазами и не находя нужных слов, она совершенно не понимает, что происходит. У Пейдж такое же выражение лица.

– Здесь безопасно, – добавляет Грэхем. – Это не никуда не выйдет.

В комнате по-прежнему царит тишина, пока Пейдж в озарении не поднимает палец.