— Что с вами? — Удивлённо спрашиваю я азари. — Почему вы на коленях?

— Легенды не лгали, послание Богини правдиво! Ты пришла в наш мир, ты пришла в мой храм! О, Посланница Её, истинная дочь Aitta’me! — И настоятельница уткнулась лбом в пол.

— Мать твою! — Шиплю я и бросаюсь поднимать храмовницу, мне помогает Ли и мы шёпотом увещеваем азари не поднимать волны. Ещё религиозного поклонения от соотечественников мне не хватает, и так уже всякие слухи на мой счёт ходят. Та кое-как соглашается, продолжая смотреть на меня собачьими глазами, взглядом кота из мультика про доброго тролля, что вызывает у меня приступы веселья.

Успокоившись, мать Нив заканчивает церемонию, только вот голос слегка её подводит, предательски подрагивая и то и дело, сползая на фальцет. Мои близкие, похоже, догадались о причинах подобного поведения. Эшли вообще скалится, молитвенно сложив ладони у груди, как и её муженёк Кайден. Рядом с ними вся стая «Волчиц», подняли очи горе, строя одухотворённо благостные физиономии.

— Ну, я вам устрою, засранцы! — Тихо шиплю я, но стоящая под руку Лиара слышит и тихо говорит мне: — Успокойся, Atia’nyo, друзья просто хотят тебя подбодрить и слегка иронизируют при этом. И советую приготовиться, мать Нив не станет скрывать кто ты от других настоятелей и служительниц Атамэ по всей известной вселенной. Так что…

— Ох-х-х! Ещё и эти! Мне стоит ожидать паломничества? — Шепчу я своей второй половинке.

— Нет, азари не настолько навязчивы, хотя кое-кто может и прилететь.

— Кто?

— Верховная настоятельница, матриарх ордена Атамэ на Тэссии.

— Зачем?

— А ты подумай, после произошедшего здесь, ты для храмовниц, живая аватара Богини. Ладно, орден «Дочерей», их официально не существует. Но, храм Атамэ действующая организация.

— Блин, засада! И что мне придётся делать? — Спрашиваю я Лиару.

— Увидим, но не думаю что что-нибудь неприятное для тебя. — Отвечает она и мы выходим из под сводов храма на площадь. А там…

А там восторженная толпа, крики, аплодисменты, пожелания счастья и удачи и… И цветы, множество цветов. Дети всех рас, с повязанными на шею красными галстуками, выстелили нам дорожку из цветов до «лимузина» и пока мы шли к нему, осыпали нас с Лиарой лепестками. Ох, узнаю, чья идея, задницу надеру…

Садимся в пахнущее кожей и дезодорантом нутро летуна, с нами садятся Китти, Ирина и Наинэ, ко мне прижимается Сини, за управлением Хэмэ, Иван рядом с ним, двери закрываются и «лимузин», под восторженные крики взлетает в воздух. Нас ждёт ресторан, вернее наш клуб в знакомом до боли, родном городке.

Ночью.

Вот и отгремел праздник. Мои близкие и родные накричались, наелись и напились. Мои губы распухли от поцелуев с Ли, как и её впрочем. Но, даже празднество не может длиться бесконечно и, натанцевавшись и навеселившись, мы улетели домой. В дом моих родителей, теперь мой дом. Иван однозначно заявил, что пока не дослужится до адмирала флота, как минимум, из армии ни ногой. Тали же, как верная подруга и жена, последует за мужем и на долгие годы корабли и орбитальные базы, станут для неё пристанищем. После же, кто его знает, что будет после и будет ли оно вообще.

Сумрак, чуть развеиваемый светом лун в окне. Я в спальне родителей, мама сказала, что она отныне моя. Пусть дом служит следующему поколению Шепардов, пусть в нём снова звучат детские голоса, смех и радость. Это лучшее что может с ним быть, она же поселится в доме бабушки с дедушкой, вдохнув в компании Этиты и Бенезии жизнь и в это жилище.

Лиара достала из стола какой-то прибор и, поколдовав над ним, поставила его на стол. А я, почувствовала, как пропал эмофон от всех моих близких, как в доме, так и вокруг.

— Что это, Ли? — Спрашиваю я.

— Эмоциональный щит, последняя разработка Мордина. Этот саларианец, доработал обычную систему носимого кинетического щита, теперь от него нет толку в защите от пуль и осколков, зато приборчик генерирует довольно большую сферу, в которую не проникают эмоции, как снаружи, так и изнутри. Это может пригодиться нам всем, в защите от обнаружения наших убежищ. Власти всех рас уже развёртывают производство, чтобы к моменту начала вторжения оснастить все наши схроны. Мало ли, какие возможности и хаски припасены у Врага. — Отвечает моя любимая. — Но, таким как мы с тобою, это возможность спрятаться и спрятать наш эмофон от детей. Лилиан и Анни уже достаточно взрослые, не стоит им подслушивать за нами в такой момент, да и Иринке может чего в голову придти, ей пока тоже рановато, хоть она и влюблена в нашего Найлуса, согласна?

— Хм, согласна, значит, только ты и я?

— Только ты и я, моя Atia’nyo, моя прекрасная, чудесная Женечка. — И азари нависает надо мной, руки сами касаются её груди, мягко сжимая полушария, вызывая глухой стон и волну наслаждения в ответ. — О-о-о-х-х! Как я люблю твои руки, такие сильные и в то же время, такие нежные. — И мы проваливаемся друг в друга, в бездну, наполненную чувствами и сладкими до крика ощущениями…

Лилиана Коваль-Шепард (Мендуар, тогда же, в том же доме.)