— Да, эта штуковина из барокамеры — она исчезла, — взволнованно проговорил командир экипажа, подлетая к пульту внутренней связи.

Пока Илья подключал микрофоны и будил персонал, Сергей быстро проплыл в сторону отсека, где располагался прикреплённый к стене пластиковый модуль, который они вчера тягали от шлюза и обратно.

Немного с опаской заглянув под стеклянный купол, космонавт и вправду ничего не обнаружил. Чувство незримой и пока ещё плохо ощутимой опасности слабым, но холодным ветерком дунуло ему в лицо.

— Что за дьявольщина — вслух пробормотал он и вздрогнул, когда в боковом коридоре мелькнул силуэт командира.

Слушая краем уха, как Илья громко вещает побудку ещё спящему экипажу, Ерохин вновь осторожно придвинул лицо к барокамерному модулю. Осмотрев его с разных сторон, он не обнаружил отверстий или трещин. Крышка капсулы по-прежнему прочно закрыта, но продолговатого чёрного предмета под ней почему-то нет. Стекло покрывало лишь верхнюю часть камеры, а что находилось глубже, невозможно было разглядеть.

'Как она могла выбраться, если всё закрыто и нет никаких явных отверстий?'

Сергей заглянул под крышку сбоку, где находилось пространство в нижней части капсулы, и ему показалось, там шевельнулось что-то подвижное и тёмное.

В следующий миг какая-то большая клякса распрямилась, словно пружина и ударилась изнутри всем своим весом в купол, нацелившись прямо в лицо космонавта. Раздался глухой звук, будто кто-то стукнул тупым предметом по стене…

От неожидонности Ерохин отпрянул и инстинктивно дёрнулся назад. Его развернуло и закрутило в воздухе. Он даже не сразу сообразил, за что можно зацепиться, чтобы выровнять положение своего тела и запаниковал.

— Командар! Она живая! Оно… живое и двигается! — его крик наполнил тревожным шумом всё вокруг. Почти сразу же, только что разбуженные обитатели станции заспешили в российский сегмент, чтобы убедиться, что беспокойство не напрасно.

13 декабря 2046 года. Борт 'Станции-2'

— Так, первым делом прошу никого не паниковать! — проговорил Махновский, обводя всех суровым взглядом.

— Что? Что случилось? — послышались возбуждённые голоса членов экипажа.

— Случилось то, что сами того не ведая, мы принесли на борт какое-то неизвестное существо. Сейчас оно активизировалось и пытается выбраться из своего заточения.

— Существо? Но как? Как такое возможно?

— Что и как, мы будем выяснять потом. А пока жизненно важных вопросов для нас всего два — Махновский был неумолим и никому не позволял вплотную приближаться к барокамере, где раздавались равномерные стуки, и откуда неизвестный организм яростно пытался выбраться наружу. — У нас нет времени выяснять, насколько может быть опасна эта штука. Главное сейчас, это понять, сколько минут или часов понадобится этому существу, чтобы выбраться из бокса наружу. Лично я предлагаю не искушать судьбу и срочно от него избавиться, чтобы обезопасить экипаж!

— Всё верно, Илья, — Оуэн задумчиво потирал подбородок. Взгляд астронавта уже не блуждал, сон с его лица как рукой сняло, и в дело вступила разумное толкование происходящего — Нельзя подвергать 'Станцию-2' опасности биологического заражения. Сделаем это немедленно, но кому-то надо срочно связаться с Землей.

— Согласен — вставил своё слово Мохандес. — Лично я готов одеться в скафандр и в одиночку вышвырнуть эту штуковину за борт.

Примерно так же были настроены все остальные члены большой команды, но Ивон Полин попробовала высказаться более рационально:

— Послушайте, да вы только осознайте тот факт — она кивнула в сторону барокамеры, — мы так давно искали возможность встретить следы жизни за пределами Земли, и вот такая удача выпала именно нам. Мы вплотную подошли к открытию, равного которому не было за всю историю человечества! Неужели мы вот так просто вытолкнем это существо обратно в космос, позволив ему погибнуть?

— Нет-нет! Раз эта штука прилетела снаружи, — хором раздались голоса членов экипажа, — то уж точно не пропадёт в вакууме, — неизвестно, сколько времени она проторчала там — может годы, а может столетия, — и вот, пожалуйста — теперь она жива живёхонька!

— Я согласен с большинством, но охотно поддержал бы вас, мадемуазель Полин, опасливо вставил своё слово Фанг Шан, но Махновский и Оуэн правы. Мы пока не знаем намерений этой… 'кляксы'. Неизвестно, как она поведёт себя, если вылезет оттуда… Ого! Кажется, эта штука всерьёз взялась за дело!

Раздалось ещё несколько стуков подряд. Неизвестная субстанция явно не желала сидеть взаперти. После серии ударов Юн Хэй вздрогнул и покосился на стекло бокса. Сейчас он находился ближе всех к барокамере. Космонавт оттолкнулся от стены и медленно подплыл ближе. То, что он вдруг увидел, заставило его привлечь всеобщее внимание: