Отлично! Игра отрабатывает свой условный реализм просто на ять. Легендарный гномий самогон, жди меня! Дядя Жора спасёт тебя из подземного плена! Я радостно потёр руки и выдернул свою нежданную находку из земли.

Глоток на дегустацию. Ну, может два. Не больше трёх. Остальное - в сумку. На эксперименты и выяснение состава. Хотя до навыка анализа смесей ещё надо подкачаться...

Изрядно воспряв духом и сверившись с картой, я чуть ли не вприпрыжку побежал в сторону деревенского кладбища, возложив на плечо прихватизированный инструмент. Но представив себя со стороны, вернулся к обычной размеренной скорости. Спешащий гном, это то ещё зрелище. Ещё и с лопатой. Несолидно как-то. Да и подсознание упрямо талдычило, что бег не самое подходящее занятие для шестидесятипятилетнего деда. Отвали, подсознание, я молод душой!

На моё счастье, деревня быстро осталась позади, не подкинув никаких поганых сюрпризов вроде внезапно нарисовавшегося стражника. Как пить дать, заявившего бы, что я лопату спёр и должен её отдать и заплатить штраф, либо отсидеть в местной кутузке. Словно на ней написано, чья это лопата. Моя лопата! Нашёл! Что нашёл, то моё. Надеюсь, эта игра в данном аспекте будет продуманнее её предков.

Дорога быстро привела меня к местному погосту и в серебристом лунном свете показались силуэты надгробных камней. Перехватив лопату поудобнее, я приближался к зоне выполнения задания, насвистывая песенку, ещё более бородатую, чем я сам:

«Не закапывай в землю свой великий талант.

Пусть другие боятся, ведь ты... некромант!*»

Сложно сказать, когда и почему я её запомнил, но в голове она всплыла весьма кстати. Коротая время за песенкой, вскоре я оказался на погосте, окружённом низенькой, сугубо символической, оградкой.

Надгробий было не слишком много, но и не мало. Штук пятьдесят-шестьдесят, если на глазок. Достаточно, чтобы потратить некоторое время на поиски. Как там, говорил тот мужик, звали кузнеца?.. Тара... кто? По барабану, и так найдём.

Я приступил к поискам, планомерно прочёсывая неровные ряды. Старые замшелые камни, выщербленные дождями и ветром, я даже не пытался опознать. Судя по словам трактирщика, Тара... кто-то там жил в деревне не слишком уж давно. Камни поновее я аккуратно очищал от грязи, если требовалось, и внимательно вглядывался в грубую гравировку.

Спустя минут пятнадцать времени и сорок с лишним надгробий, я увидел имя, напоминающее то, что услышал на постоялом дворе. Тарагар. Оглядевшись, для верности, и убедившись, что кроме ворон и луны вокруг никаких свидетелей не наблюдается, я плюнул на ладони, крякнул и принялся за дело.

Дело шло тяжело. Грунт оказался глинистым и очень плотным. Лопата вгрызалась в него неохотно и разок я даже остановился на перекус, восстанавливая силы. Гора глины постепенно становилась всё выше, яма всё глубже. Надгробный камень, безжалостно выкорчеванный, чтобы не мешался, сиротливо серел боком в зарослях бурьяна. Когда я уже потерял счёт времени и взмахам лопаты, штык гулко ударился о что-то деревянное.

Кажись, докопался. Аккуратно расчистив крышку гроба от земли, я поднял лопату повыше, словно копейщик, добивающий врага, и ударил. Лопата с хрустом пробила подгнившее дерево.

– Воо! Давай, давай! Бей ещё!
– раздался из гроба оживлённый хриплый голос.

Чего?

– Ну, чего ты замер там?
– продолжал говорить гроб.
– Ломай уже, давай. Знаешь, сколько я тут лежу, пока тебя не дождался?

– Э... Хм.
– я посмотрел на щель с торчащей из неё лопатой и задумчиво пригладил бороду.
– Это ты Тарагар?

– Конечно я, - ответил покойник.
– Кто ж ещё? Там что, имя на камне не написано?

– Написано, - согласился я.
– Но знаешь же, как бывает. Пишут одно, а внутри другое.

Я подразумевал состав современных продуктов на этикетках, но не думаю, что он бы понял подобное объяснение.

– Хм... Ну да, ты прав. Мало ли, кого тут закопали. Но я Тарагар, клянусь своей бородой! Хотя погоди, у меня ведь уже нет бороды...

Какой оживлённый мертвец мне попался.

– Ладно, Тарагар, у меня к тебе пара вопросов есть, - сказал я, выдёргивая лопату из крышки.
– Сожмись там, что ли, вдруг отрублю чего. Сейчас ломать буду!

В гробу прошебуршало, прогромыхало и Тарагар крикнул:

– Готов!

Стоя на гробу, с кряканьем и уханьем, я принялся дальше всаживать лопату по периметру крышки, прорубая П-образную щель в изголовье. Гнилые доски прошибались, словно картон, и через несколько секунд, подцепив лопатой, я отжал и выломал куски деревяшек.

Из получившегося окошка на меня таращилась гномья черепушка. Рядом с ней показалась костяная рука, показавшая мне большой палец вверх.

– Ты даже не представляешь, как я задолбался столько лет тут лежать!
– жизнерадостно прощёлкал он челюстями.
– Хорошо хоть, эти пропойцы не зажали бутыль моего «Подгорного тролля», а положили сюда.