Тиль снова усмехнулся, а Стрегон, находясь в какой-то прострации, подумал, что, кажется, исчерпал на сегодня весь свой запас удивления.

— Как ты добирался? — пытливо посмотрел на деда Тир. — Плелся по тракту, как все? Что-то мне сложно представить, что ты согласился на такое долгое путешествие. Ты ведь не любишь сложных решений?

— Нет, конечно, — улыбнулся Тиль. — Я пошел напрямик.

— Как напрямик? — ошеломленно моргнул Элиар, а потом выразительно покосился на Шира. — Через Проклятый лес?

— Это было нелегко, но нам удалось его преодолеть без потерь.

— С ума сойти! Я думал, ты более разумный, чем некоторые из здесь присутствующих… Сунуться в Проклятый лес без предупреждения, не представляя, что вас там ждет… Боги, кто тебя провел?

Шир кашлянул, оказавшись под пристальными взглядами повелителей, но отвечать не спешил: Бел велела помалкивать до поры до времени, и он будет молчать, даже если его сейчас начнут допрашивать с пристрастием.

— Тиль, кто? — не дождавшись ответа, удивился Элиар. — Неужели Шир?

— Нет, я, — тихо прошелестело от фонтана, и остроухие лорды стремительно обернулись: Белка появилась так тихо, что ее присутствия никто не ощутил. Словно призрак, она прошла сквозь хваленую защиту чертогов, не потревожив ни листика, ни веточки, проскользнула внутрь. А теперь сидела на мраморном бортике фонтана и невесело смотрела на владык.

Она была все в той же чешуйчатой броне, выглядывавшей из-под накинутой на плечи куртки, с деревянными ножнами в руке, очень спокойная и какая-то печальная.

Элиар, изменившись в лице, качнулся навстречу.

— Белка…

— Не надо, Эл, — устало сказала Гончая, поднимаясь. — Знаю, что ты сожалеешь и готов все исправить. Винишь себя и постоянно ищешь решение. Твоя аура стала слабее за эти годы. Ты много тратишь на портал. Я вижу.

Светлый побледнел, отчего темные круги у него под глазами стали гораздо отчетливее. Виновато опустил голову, однако Белка только грустно улыбнулась.

— Я не сержусь больше, иначе наша встреча закончилась бы так же, как двенадцать лет назад…

Эльф машинально коснулся пальцами щеки, где, как ему казалось, еще горел след от хлесткой пощечины.

— Но я ценю то, что ты каждый день делаешь для Таррэна, что отдаешь ему силы без остатка. Твоя вечная слабость — цена за его возможное возвращение. Я ценю боль, которую ты тоже все время носишь в себе. Я знаю, как это трудно, Эл. И понимаю, что значит для тебя потеря побратима.

— Прости меня, Бел…

— Я же сказала: не надо. Это уже ничего не изменит.

Владыка Тирраэль, словно очнувшись, быстро подошел к фонтану. Какое-то время смотрел на Белку горящими глазами, словно боялся, что его оттолкнут, а потом опустился на одно колено и совершенно по-детски порывисто прижался лбом к ее животу.

— Мама, мы виноваты… Прости! Я не хотел, чтобы так вышло! Никто не хотел!

И столько боли было в его голосе, столько отчаяния, что даже Шир стыдливо отвел глаза: не привык он видеть своего мудрого и всезнающего владыку таким… измученным.

Стрегон замер, глядя, как Белка грустно улыбнулась. Долгое мгновение она стояла не шевелясь, а потом подняла руку и ласково взъерошила пышную шевелюру сына.

— И ты прости меня, малыш. Кажется, я слишком рано сочла тебя взрослым и совсем не подумала о том, что без отца тебе тоже плохо. Я была нужна тебе не меньше, чем он мне. Я должна была это понять, а вместо этого… — Белка прерывисто вздохнула и заставила Тира подняться, после чего погладила по щеке и, заглянув в полные раскаяния глаза, крепко обняла сына. — Прости, что меня не было так долго, но на это есть свои причины, о которых ты пока не знаешь.

— Мама, — у Тира дрогнул голос, когда он нерешительно обнял ее и прижался, как в детстве, щекой к ее волосам. — Мы все исправим. Клянусь, я верну отца. Я все сделаю…

— Ты и так каждый день делаешь невозможное. У тебя осталось так мало резервов! — Гончая легким движением отстранилась. Ей приходилось смотреть на Тира снизу вверх, потому что сын уже давно перестал походить на того упрямого и задиристого мальчишку, который беззастенчиво удирал в горы с Крикуном и парой близких друзей. Но Белка лишь улыбнулась, на этот раз — с нежностью и затаенной гордостью, а потом неуловимым движением провела ладонью по внезапно заискрившейся шевелюре молодого эльфа. — Теперь лучше?

Тир блаженно зажмурился.

— Ты бурлишь, как вулкан, готовый вот-вот взорваться. Так и хочется нырнуть в него с головой.

— Эл, иди сюда.

Владыка Элиар послушно подошел, не обратив внимания на ошарашенно переглянувшихся братьев, и нерешительно поднял на Гончую полный сомнений взгляд.

— Бел, я…

Белка с усмешкой щелкнула его по носу, заставив удивленно моргнуть.

— Я не люблю повторять дважды, поэтому забудь и бери, сколько нужно.

— Ты разрешаешь?