— Мама? — осторожно подошел к Белке Тирраэль.

Она со вздохом открыла глаза.

— Я в порядке… Нет, лекарей не надо, не волнуйся: я просто утомилась. Третьи сутки без сна, да еще беспокойства в последние дни было через край… Да, те ушастые, что остались с Ригланом, со мной, но им можно верить: клятву верности еще ни один бессмертный не нарушил… И вообще, ступай-ка отдыхать, завтра будет трудный день.

— Но…

— Никаких «но». Ступай, — сурово велела Белка, встряхнувшись, но тут же смягчилась и одарила сына теплой улыбкой. — Прости, мне нужно побыть одной, а вам стоит о многом поговорить.

— Бел права, — неожиданно вмешался Тирриниэль, делая Элиару едва заметный знак. — Мне нужно кое-что рассказать. Времени у нас — всего одна ночь, а вы должны быть готовы к тому, что что-то пойдет не так. Пойдем, Тир. Ты мне нужен.

Тирраэль легонько пожал руку матери.

— Тебя проводят в покои.

— Не надо, — качнула головой Белка. — Я найду место, где отдохнуть. И не ставь охрану в известность, а то они с ума сойдут, как в прошлый раз, если я исчезну у них из-под носа.

Тир огорченно вздохнул, бережно сжал ее ладонь, но послушно отошел, потому что как никто другой знал, что в определенные моменты ее нельзя тревожить. И Тиль правильно показал глазами, что сейчас лучше подчиниться.

Владыка Золотого леса в последний раз оглянулся на мать, но она уже отвернулась, уставившись на скульптуры у фонтана. Она стояла рядом с каменными хмерами, словно перед зеркалом, и молча гадала, сколько у нее осталось времени. Но ни жестом, ни вздохом не смела показать, что оно уже почти на исходе.

В последний момент Элиар все-таки обернулся и вопросительно глянул в сторону нерешительно мнущихся братьев.

— А их куда? Пусть возвращаются?

— Нет, — качнул головой Тиль. — Возможно, завтра нам пригодится их помощь. Стрегон, поучаствуете еще в одной безумной затее?

Полуэльф с сомнением покосился на Белку, не желая оставлять ее одну, и уже собрался было отказаться. В конце концов, это не их дело. Заказ исполнен, наниматель доставлен на место, а деньги давно уплачены. Зачем встревать в то, что их не касается?

Но тут Лакр в своей бесцеремонной манере преувеличенно громко фыркнул:

— Разве может быть что-то хуже Проклятого леса?

— Может, — мрачно известил весельчака Шир. — Вот когда я тебе язык укорочу, тогда и будет.

— В следующий раз я буду готов, и тот финт у тебя уже не получится.

— Не волнуйся: у меня есть в запасе другой, — так же мрачно пообещал перевертыш.

— Посмотрим… Да, мы идем с вами. А если это кому-то не нравится, то он может высказать свое недовольство прямо здесь и сейчас своему непосредственному начальству.

Тирраэль задумчиво оглядел ерничающего ланнийца с ног до головы.

— Эл, тебе не кажется, что мы это где-то уже видели?

Элиар фыркнул.

— Пяти веков не прошло, как я такому же рыжему наставил синяков на полигоне. Если нас ждет еще один такой балагур… Шир, не вздумай брать его к себе!

— Это не от меня зависит, мой лорд, — насупился охотник.

— Знаю. Но все равно: уважь мою просьбу — второго такого испытания наш лес не переживет. Хватит с него одного ненормального рыжего, который был способен перевернуть все вверх дном.

Лакр тут же навострил уши.

— Это вы о ком?

— Да так. Был тут один тип… — зябко передернул плечами светлый владыка. — Своими руками удавил бы того мерзавца, который испортил ему амулет. Жаль, что Тир не успел секундой раньше — скольких проблем тогда удалось бы избежать!

Тирраэль сдержанно улыбнулся.

— Зато все вышло, как Вал и предсказывал: четыре века прошло с тех пор, как его не стало, а о нем до сих пор легенды ходят… Большей частью — неприличные.

— Ты так говоришь, потому что всегда хорошо к нему относился.

— Конечно, он же меня вырастил.

Элиар снова фыркнул и, не вдаваясь в подробности, быстро пошел прочь. Тир, посмеиваясь, отправился следом, с интересом поглядывая на крайне интересного спутника деда. Владыка Тирриниэль тоже от них не отстал, уже предвидя сложности, с которыми предстоит столкнуться в ближайшее время. Стрегон с побратимами после недолгих колебаний все-таки двинулся за нанимателем. И только Шир, задержавшись, что-то успел шепнуть Белке на ухо. Та замедленно кивнула, после чего перевертыш оскалился в кровожадной улыбке и, заметно повеселев, помчался догонять перворожденных.

Стрегон привык просыпаться с рассветом, если, конечно, этому не предшествовал долгий день, насыщенный схватками, тревожными разговорами или напряженным обсуждением ближайших планов. Не изменил он своему правилу и в этот раз: едва солнце позолотило верхушки деревьев, полуэльф упруго поднялся с ложа, оделся и вышел из отведенных покоев, ничуть не сомневаясь, что побратимы уже на ногах.

Так и получилось: едва он переступил порог, как соседние двери бесшумно распахнулись и оттуда с сонным завыванием выбрался Лакр. Секунду спустя в коридоре показались Терг и Брон, а еще мгновением позже — Торос и Ивер, затягивающие на себе последние ремни.