– Но я…

– Не спорь! – отрезал мужчина, сверкнув синевой глаз. Нос у него сросся, значит, он применил заклинание исцеления. – Хочешь устроить еще один спектакль для местной публики? Будем выяснять отношения на улице?

Я помрачнела.

– Хорошо. Только я ненадолго.

Быстро расплатилась с истром Раулем, который все ещё не верил, что удалось сбыть вредный велокат, махнула Линк, и мы вошли в зеленую дверь отеля. Внутри оказался просторный холл, украшенный кадками с растениями, пейзажами на стенах и шоколадной плиткой на полу. Нам навстречу выдвинулась высокая женщина, вероятно, хозяйка гостевого дома.

– Истра Лур, будьте добры, присмотрите за девочкой, – приказал Гордон,и женщина послушно кивнула.

– Линк, не бойся, я скоро вернусь, – успокоила я перепуганную малышку.

Гордон повел меня к лестнице на второй этаж, и, поднявшись, мы вошли в комнату. Вернее, это было несколько комнат, богато обставленных и имеющих все необходимое для дорогого постояльца.

– Ты зря приехал, Гордон, - начала я, как только дверь за нами закрылась. И осеклась, потому что мой муж резко притянул меня к себе, словно и не услышал.

– Я так соскучился, – он зарылся пальцами в мои волосы. – Так соскучился, Софи. Что ты делаешь? Зачем все портишь?

Провел ладонью по моей спине, погладил. Обхватил лицо, заглядывая в глаза.

– Без тебя так пусто, Софи…

И прижался к моим губам. Резко, жадно,трогая языком. Тяжелое тело мужа придавило меня к стене, ладонь коснулась подола, задирая его.

Он целовал, не обращая внимания на мое оцепенение. Я же застыла от неожиданности, не понимая, что чувствую. А нет, понимая. Возмущение. Больше всего его. А еще – обиду.

Уперлась ладонями в грудь Гордона, сопротивляясь, да только он и внимания не обратил. Толкнулся языком у меня во рту, навалился, прижимая к холодной стене.

– Нет! – я ударила снова, уже яростнее.
– ватит! Ты, кажется, хотел поговорить?

– Я предпочел бы сразу перейти к делу, – усмехнулся ордон, окидывая меня плотоядным взглядом.

– Тогда я ухожу, - дернула ручку двери.

– Не думаю, - он перехватил мою руку. – Что тебе рассказал Сандэр, София?

– Ничего, – буркнула я недовольно. – Он не слишком откровенен. Ты, оказывается, тоже!

Гордон отпустил меня и отошел на середину комнаты, а я осознала простую истину. Четыре года я числилась супругой этого человека. Мы делили с ним постель, кров и еду. И ни разу он не упомянул, что у него есть брат! Родной, млaдший брат! Да это в голове не укладывалось! В Лангранж-Холле я не видела ни одного портрета того, кого привыкла называть Шерхом Хенсли.

Да что происходит, забери их жроты?

– Я не знал, что Сандэр живет здесь, – Гордо налил себе вина из хрустального графина, и я нахмурилась. Вино до обеда? Раньше супруг не позволял себе подобного. Он волнуется? Нервничает? Интересно,из-за меня или брата? Сомневаюсь, что моя персона может вызвать у Гордона столь сильные эмоции, он всегда был довольно скуп на них. Значит, дело в Шерхе.

– н живет здесь семь лет, - сухо сказала я.
– И ты об этом не знал?

– Сандэр оборвал родовую нить, отрекся от всех Духов Предков. Я не мог отследить его. А королевство большое, Софи. И во многи х его уголках у рода Лангранж есть собственность. Я и подумать не мог, что Сандэр приедет сюда, ведь Оливковая роща давно числится заброшенной.

– Поэтому ты так щедро отписал мне ее?
– съязвила я.

– Я думал, что жизнь на развалинах научит тебя послушанию, дорогая.

– Ты ошибся.

– Посмотрим.
– Гордон сделал ещё глоток вина и, недовольно скривившись, отставил бокал. – Кислое! Да, Духи порой играют нашими судьбами, как хотят… кто бы мог подумать, что ты и мой брат поселитесь в одном доме. В том, который совершенно непригоден для жизни! Так что он рассказал тебе?

– Ничего, я же сказала. Мы почти не общались, - надеюсь, я не покраснела. Да, разговаривали мы с Шерхом действительно мало, и я не знаю, что привело его в Оливковую рощу. Зато я знаю, как он дышит, когда близок к экстазу, как жарко смотрит, как чувственно целует… Да, очень надеюсь, что я не покраснела! – В основном, он пытался меня выгнать, – закончила я, отходя к окну.

– Очень предусмотрительно с его стороны. И очень глупо, что ты не послушалась, Софи. Сандэр болен. Очень страшно и смертельно. Ты сильно сглупила, оставаясь с ним в одном доме.

Гордон одним глотком допил вино, то самое, которое «кислятина».

Я задумчиво посмотрела через плечо. Болен? Теперь запечатывание так называется? Мило. И все же…

– Твой смертельно больной брат семь лет живет один в разрушенном доме, а ты даже не знаешь об этом? Я узнаю о тебе много нового, Гордон.