"Помощь, а не участие в детской авантюре"

"Вы сказали, что выполните любую мою просьбу. Но мне не о чем вас просить, у меня есть все, кроме свободы передвижения"

"Помощь бывает разной"

"Согласна. Но я не могу довериться человеку, не зная его и мотивов его поступков"

Я смотрела на экран и ждала честного ответа. Если ему нужно мое доверие — он откроется.

"До связи", — высветилось на мониторе, черное окно свернулось и исчезло.

Я выключила компьютер и опустила голову на подушку. Его отказ помочь мне в моей "детской авантюре", как он это назвал, многое о нем говорил. Я вынуждена была признать, что это зародило во мне росток доверия. Враг бы пошел на уступки — я предоставляла ему то, к чему он стремился. Хотя, может быть, именно таким образом он пытался завоевать мое доверие и потом в самый неожиданный момент нанести удар. Такой сценарий был вполне возможен, но моя интуиция была другого мнения — она вела себя спокойно и не билась в моей голове, высвечивая красными лампочками сигнал "ОПАСНОСТЬ".

Может быть, он и вправду был Другом. Но какую конкретно помощь он мог мне предложить? Как я ему честно призналась, у меня, действительно, было все необходимое, кроме свободы, а ее-то он мне и не предлагал.

И самое главное, зная, что я не доверюсь незнакомцу, он по-прежнему не раскрывал своего имени и продолжал методично выходить на связь с одним и тем же вопросом "есть ли у меня проблемы". Какой-то заколдованный круг, и я должна его разорвать. Приняв такое решение, я выключила свет, обняла любимую подушку и, вдыхая родной аромат, быстро отключилась.

Проснулась я от женского голоса и ладони на моем плече. Я нервным движением схватила чью-то руку, резко открыла глаза, все еще не осознавая границ яви и сна, и увидела Эльзу — она стояла передо мной в домашнем халате, с растрепанными волосами и тревогой в глазах.

— Ричард очнулся?! — спросила я спросонья, чувствуя, что во рту все пересохло, и я вся мокрая от пота.

— Нет, милая. Ты кричала во сне. Тебе опять приснился кошмар, — сказала Эльза, наливая мне воды в стакан. — Меня разбудил Мэттью.

Я нахмурилась, вспоминая свой сон, и память начала выдавать мне яркие картинки только что виденного, от которых пошел озноб.

— Утром я позвоню Генри, — твердо произнесла Эльза, и в ее голосе чувствовались жесткие нотки.

— Нет, прошу вас, не надо психотерапевта, — тут же оторвав ладони от лица, я попыталась ее убедить. — Я просто не выпила снотворного на ночь. Обычно после него мне сны не снятся.

— Ну не можешь же ты глушить свои страхи снотворным всю жизнь, — возразила она.

— Эльза, пожалуйста, не надо. Я знаю о своих проблемах, и психотерапевт мне ничего нового не скажет. Это просто последствия всего происшедшего, и я смогу сама с этим справиться. Просто нужно время… оно все лечит, — сказала я, сжимая ее руку. — Пожалуйста, не надо…

Она долгое время изучала мои лицо, но все же неохотно кивнула, скрепя сердце уступив мне.

— Спасибо, — поблагодарила я.

— Скажи, что тебя больше всего страшит в этих снах?

Я задумалась, пытаясь понять и осознать суть моих страхов.

— Скорее всего моя беспомощность… это липкое чувство страха, что я не могу защитить себя от зла, не могу контролировать ситуацию.

Эльза покачала головой, заправляя мои растрепанные волосы в косу.

— Солнышко, если этот кошмар тебе опять приснится, попробуй в следующий раз представить, что в паре ярдов от тебя дежурит вооруженный охранник, а сама ты находишься на частной базе, укомплектованной профессиональными боевиками, которые могут свернуть шею голыми руками твоему похитителю сорока разными способами, и ношение оружия для них всего лишь вежливость, проявленная по отношению к врагу.

Я улыбнулась и кивнула, соглашаясь с ней. Это было правдой. Я вспомнила, как молниеносно сработали мужчины, услышав шум от Тигра. Не прошло и минуты, как в комнату ворвалось трое боевиков, готовых кинуться на мою защиту, что собственно они и сделали.

— Я тебя немного успокоила?

— Да.

— Тогда спать, — тоном, не терпящим возражений, сказала она, указывая мне на снотворное.

Разговор с Эльзой не шел у меня из головы. Она была права, меня оберегали и охраняли на совесть, проблема была только во мне, вернее в моем неумении защитить себя, это меня и пугало больше всего. Нет, с этим, определенно, нужно было что-то делать, так больше продолжаться не могло. Сжимая кожаную кобуру Ричарда, я закрыла глаза, пытаясь найти выход из того тупика, в который я сама себя загнала. И решение не заставило себя долго ждать. Оно пришло быстро, словно лежало в недрах моего подсознания и ждало своего часа, оно пришло неизбежно, как смерть от пули. Я резко открыла глаза и села на постели, рассматривая руки. Я знала, что мне нужно было делать! У меня в голове зародился план. Я знала, как вывести Друга на чистую воду. Даже если я с ним не встречусь, то уж точно узнаю о его намерениях или получу то, в чем я нуждалась больше всего на этот момент. "It’s a win win situation", — как любила говорить моя Джули.

Сон тут же пропал, сердце стучало и выбивало жесткий ритм, голова кружилась, а мои мускулы напряглись и пребывали в тонусе, будто я пробежала стометровку со скоростью мысли, которая пронеслась у меня в голове.

Чтобы немного успокоиться, я взяла с тумбочки книгу в ярко-синей обложке с парящей белой чайкой и погрузилась в чтение.

"Там, в ночи, на высоте ста футов, Джонатан Ливингстон прищурил глаза. Его боль, его решение — от них не осталось и следа.

Короткие крылья. Короткие крылья сокола!