Зря я заговорила.

Да и какой к чёрту Мистер Холланд, Джейд? Он тебя чуть не трахнул, а ты всё ещё обращаешься к нему на Вы.

Пф.

Дура.

Неоднозначно пожимаю плечами и облизываю губы.

— Если не считать того, что я не удовлетворён третий день подряд, — начал он. А я почувствовала, как к моим щекам прилила кровь, — то вполне сносно.

— А до этого Вы бы…ты был удовлетворён?

— Ты понимаешь, о чём я, Джейд, — отрезает он и поправляет плед на своих ногах. Я стараюсь не смотреть ниже его лица.

Киваю, кусаю щёку изнутри и опускаю голову.

Неужели, я чувствую себя виноватой?

С самого начала твоё общение с ним не должно было зайти дальше одного прикосновения, а ты позволила ему…позволила чёрт пойми что делать с собой. Одним лишь взглядом, словом и касанием.

— Теперь я ещё больше убежден, — его голос вырвал меня из раздумий, и я повернулась к нему лицом. — Бармен из меня хреновый, но смешивать напитки мне нравится.

Я легко улыбаюсь ему, стараясь не выдать своё волнение от того, что разговор зашёл в нежелательное русло.

— Тебе нравится твоя работа, Джейд?

Эм.

— Вполне, — киваю.

— Чем же?

Тупик.

Я сейчас должна отвечать за социального работника, и я понятия не имею, за что социальный работник любит свою работу.

— Люблю помогать людям.

— Пф, слишком очевидно, — он закатывает глаза. — И…со всеми ты так хорошо ладишь, как со мной?

Двойной хренов вопрос.

— Нет, — мотаю головой, сжав плед в руке, — да и не сказать, что я хорошо с тобой лажу, — безразличное пожатие плечами.

Укол.

— Что ты имеешь ввиду? — сощурился он.

— Твоё чрезмерное хамство иногда выходит из-под контроля, не замечал? — слова прозвучали так, словно я вернулась на семь лет назад и высказывала свои претензии Уэльсу.

Он улыбается. Самодовольно.

— И не только оно, не правда ли?

А вот в эту сторону клонить было необязательно, Остин.

Я крепче сжимаю плед и подтягиваю его чуть к груди. Словно защищаюсь от очередного нападения на моё личное пространство.

— Что произошло, Джейд? — хрипло, почти на ухо.

Я вздрагиваю и оборачиваюсь.

— Ты о чём?

Как же. Я прекрасно понимала, о чём сейчас может пойти речь, но говорить об этом не было никакого желания.

— О том, что было сегодня в моём номере, — кажется, эти слова даются ему с большим трудом.

— Это, — запинаюсь я, — это не то…это…просто забудь.

— Я что-то сделал не так?

О боже, Остин Уэльс действительно интересуется тем, сделал ли он что-нибудь не так во время секса?

— Мы действительно сейчас будем обсуждать это? Здесь? — мои щёки уже пылают.

— Да, — твёрдое, безоговорочное. Так просто он от меня не отстанет.

— Дело не в тебе, — отмахиваюсь я, в надежде, что он всё поймёт.

Но как он может что-то понять, Джейд? Он ведь не телепат! Конечно он думает, что дело в нём, он ведь старался сделать тебе хорошо, а не ты ему…

— Тогда в чём? — тёмно-карие глядят в упор.

Ох, он и вправду не собирается останавливаться.

— Во мне, — коротко отвечаю я.

В данном случае дело действительно во мне, а точнее в том в человеке, который…пытался сделать это со мной.

Он хмурится после моих слов. Его совсем не удовлетворил мой ответ, но, кажется, на моём лице довольно понятно написано, что дальше продолжать этот разговор я не желаю.

Всё стало слишком сложным.

И разбираться в этом прямо сейчас, в самолёте, над Англией, мне крайне не хотелось.

***

В тебе? Какое-то, блять, странное пояснение твоего долбанного поведения!

Я отворачиваюсь, продолжая сверлить дыру в сиденье напротив и скрещиваю руки на груди.