— Очень жаль, — кривая улыбка. — Ты выглядишь…злой. Уж не потому ли, что я слышал сегодня ночью? — внимательный взгляд прямо мне в глаза.

— Ночью? — не понимаю я.

— Да, Джейд. Ночью. Стоны. Твои, — выделяет он каждое слово.

Ох.

Прикрываю рот ладонью и чувствую, как щёки начинают пылать.

Какой ужас.

По его лицу расползается кривая улыбка, до отвращения знакомая, до боли в груди неприятная.

— Вам показалось, — вру я.

Ну конечно, показалось. Только глухой не услышал бы этих завываний.

— Ну да, — кивает он, сощурив глаза, — показалось.

Он разворачивается и направляется в душ, прикрывая за собой дверь.

Боже мой, какой стыд.

Я опускаюсь на кресло, и судорожно ищу в сумочке свой телефон, чтобы набрать Гэвина и сказать, что я больше не могу. Не могу приглядывать за ним. Он сводит меня с ума, и это чистая правда.

Найдя телефон, начинаю набирать номер, но замираю, услышав шум воды.

Дверь в ванную приоткрыта, а из неё начинает доноситься запах мужского шампуня. Чёрт. У меня всегда была слабость к приятным мужским запахам, и то, что я чувствую сейчас, максимально отвлекает меня от задуманного.

Гэвин, Джейд, ты собиралась позвонить ему!

Вновь набираю номер, но палец замирает, как только я начинаю слышать пение. Тихое, равномерное, приятное.

Это он поёт?

Встаю с кресла, поправляя своё чёрное прилегающее платье, и медленно подхожу к двери, толкая её рукой.

Где твоё смущение, Джейд?!

Стою и пялюсь на силуэт его голого тела, скрытого стеклом и плотным слоем пара, скопившегося внутри душевой кабинки. Облизываю губы и больно кусаю, представив, как он прижимается ко мне этим телом.

Моя неудовлетворённость сказывается на моём поведении как никогда!

— Мисс Прайс, не подадите полотенце? — слышу я, как только собираюсь уходить, разворачиваясь к нему спиной.

Чёрт. Чёрт. Чёрт.

Он слышал, как я вчера…

Видит, как я здесь…

Стягиваю с вешалки полотенце и подхожу к душевой кабинке, опустив голову. Замечаю, как стекло отъезжает в сторону и ощущаю, как влажные пальцы касаются моей руки.

Полотенце исчезает из моей ладони, и я тут же выхожу из ванной, так и не поднимая головы.

Это уже слишком!

Это уже перебор!

— Джейд? — шёпот где-то сзади. Я вздрагиваю, как только мужские руки накрывают мою талию. Хочу убрать их, отмахнуться, как от надоедливой мухи, но всё, что я делаю — это замираю и прислушиваюсь к его дыханию.

Мужские ладони плавно сходятся на моём животе и медленно притягивают к своему хозяину. Я чувствую спиной его горячую и влажную грудь и начинаю глубоко дышать.

Слишком жарко, слишком влажно.

Слишком.

— Хочешь я помогу тебе? — хрип: низкий и манящий.

— Поможешь? — почти обрывками.

Кажется, моё сердце сейчас выскочит из груди.

— Да, немного, — каждое слово, как ножом по коже. — Просто расслабься.

Просто расслабься.

Просто забудь.

Просто.

— Ах, — сорвалось с моих губ, как только его пальцы коснулись пульсирующего места.

— Блять, — рык прямо на ухо. — Ты такая мокрая.

Неправильно. Всё это неправильно, Джейд. Во всех грёбаных смыслах.

Его правая ладонь всё ещё внизу, а левая поднимается чуть выше и обхватывает мою грудь. Сжимая, массируя, нащупывая набухший сосок.

Голова самопроизвольно откидывается назад, как только он начинает тереться своей выпуклостью о мою ягодицу. Я вижу его щёку, опущенные веки, бисеринки воды, скатывающиеся с влажных после душа волос.