— Делмар, сын Коджо, — важно представился мальчик и протянул руку ладонью вверх по узамбарскому обычаю.

— Агафон, — легла на черную ладонь белая, — сын мельника.

— Где этот голем?!

Анчар с ужасом узнал голос заказчика и щелкнул пальцами, гася светошар. Тусклое сияние стало на долю секунды ярким и пропало, оставив в глазах россыпь разноцветных фантомов. В районе желудка началось глобальное похолодание — сразу с ледникового периода.

И принесла же этого узамбарца нелегкая в такую рань! Чего ему не спалось — хотя бы еще пару часиков?! За это время и Каменный Великан отыскался бы, и разобрались бы, что здесь произошло! А теперь?! Что ему говорить теперь?!..

Что говорить теперь ему, Кваку Квам Кваси Квези Квеку, в отличие от атлана, знал.

— Проверьте внутри! — рявкнул он, и не успел волшебник крикнуть, что он уже проверил и что голема тут нет, как в темном проеме вспыхнули два желтых огня, подсвечивая вдвое большее количество огромных фигур.

— Здесь кто-то есть, хозяин! — выкрикнула басом одна из них.

— Тащите их сюда!

Исполняя приказание, четверо громил с фонарями и дубинами бросились внутрь, как собаки, почуявшие дичь.

Волшебник задумался, что будет нелепей — попытаться убедить их в том, что он не вор, или предстать перед заказчиком под конвоем как преступник — но придти к какому-либо выводу не успел, потому что по следам своих костоломов в склад вбежал сам Кваку Квам Кваси Квези Квеку.

— Живыми хватайте! — дрожащим от злости голосом рыкнул он и взмахнул короткой палицей, словно вколачивал гвозди. — Я им устрою, подлецам!..

— Он один там!

— Вон он!

— Не уйдет!

Спотыкаясь через шаг и проклиная тупых воров, устроивших погром вместо того, чтобы украсть по-человечески, охранники кинулись к волшебнику.

— Господин Кваку… Квази… Квася… это я, Анчар! — закрываясь и щурясь от света, успел выкрикнуть маг перед тем, как громилы вцепились в него и потащили к хозяину, словно мешок.

— Ах ты… — рыча и подскакивая — то ли от злости, то ли от осколков чугунных котлов, впивающихся в подошвы сандалий — хозяин подбежал к чародею и яростно сграбастал в горсть балахон на его груди. Другая его рука то дергалась вверх — присоединиться к первой, то, обнаружив в кулаке палицу и не желая с ней расставаться, опускалась вниз, то снова рвалась на помощь коллеге. — Где мой товар?! Что тут происходит?! Где твой голем?! Где эта долбленная каменюка?! Куда ты спрятал его?!

— Я его не прятал! Его украли! — чародей попытался высвободиться из захвата, но пальцы складовладельца только сильнее стиснулись — так, что ткань затрещала.

— Ты меня за дурака принимаешь?! Как?! Как, я тебя спрашиваю?! КАК?!?!?!..

Но только маг придумал подходящий ответ, каким конкретно образом он принимает господина Ква-Ква за дурака, как язык завсклада прорвался через непроходимое слово и договорил:

— …Как можно украсть бойцового голема?!?!?!

Ответ на этот вопрос Анчар и сам хотел бы узнать не меньше узамбарца, но тот уже покончил с вопросами и плавно перешел к более информативной части своего сообщения.

— Да я тебя в долговую яму посажу!!! Сгною!!! Ты на меня работать будешь до смерти!!! Мешки таскать!!! Дорогу мести!!! Канавы рыть!!! Кирпичи класть!!! Ты меня не знаешь!!! Я твоего треклятого истукана отыщу!!!..

— Да я сам хочу его… — еле сдерживаясь, чтобы не высказать разбушевавшемуся толстяку всё, что думает про него, его склады и его угрозы, начал волшебник, но Ква-Ква его не слушал и не слышал.

— Я его на щебенку разобью и твою могилу ей посыплю!!! — ревел он, размахивая дубиной под носом у мага. — Сколько товара пропало!!! Сколько испорчено!!! Сколько погублено!!!..

— Если ты отпустишь меня, я найду его и выясню, что случилось! — только чувство вины — да еще перспектива лишиться лицензии и быть изгнанным или арестованным удерживали сейчас атлана от применения магии в антигуманных целях.

— Отпустить тебя?! — взорвался складовладелец. — Отпустить?! Да скорее я сам до смерти тут караулить останусь, чем тебя…

От приступа возмущения жирная лапа, стискивавшая складки анчарова балахона, дернулась, ткань, не выдержав издевательства, затрещала, чародей вскинул ладони, отталкивая — и тут на его плечо обрушилась палица.

Анчар охнул, рука его инстинктивно сжалась в кулак, который и встретился со скулой толстяка.

— Убивают! — не столько от боли, сколько от неожиданности взвизгнул Ква-Ква, и тут же на волшебника накинулась вся группа поддержки.

Три удара почти одновременно обрушились на спину и плечи, четвертый пришелся по затылку, и маг внезапно почувствовал, что пол уплывает у него из-под ног.