Она была настоящей кометой – не как поддельная комета Толли. Ее волосы собрались вместе и выбросились вперед, словно пламя паяльной лампы. Тело позади них стало маленьким, свернутым ледяным шаром. Но поскольку Гэлли крепко сжимала золотое яблоко, она знала, что несет с собой все семена жизни – всё волнение, радость, развитие и приключение. С ним она могла отправиться куда угодно по вселенной и остаться живой.

Гэлли постепенно разогналась по странной непривычной тропе кометы. Она чувствовала, что несется с безумной скоростью, просто молниеносно – однако в то же время это чувствовалось как медленное величавое продвижение. Она свернула прочь от зодиака, и он постепенно остался позади – женщина, лев, рак, и два звездных мужчины, похожие на близнецов, – подпрыгивая и убегая назад, точно вид из окна поезда, когда тот едет по-настоящему быстро. И как только зодиак исчез из поля зрения, Гэлли поняла: быть кометой куда веселее, чем любое занятие, которое она когда-либо пробовала. Смеясь, она резко взмыла вверх.

Она знала, что ее траектория как кометы представляет собой длинный узкий овал. Она знала, что, поскольку в данный момент движется наружу, ей надо будет, чтобы вернуться к Земле, понестись на самом пределе своих возможностей, а затем круто развернуться, прежде чем она сможет снова направиться к солнцу. Этот маневр составлял по меньшей мере световой год бешеного полета.

– Йеееехуууу! – закричала она, несясь наружу.

Это было блаженство. Это длилось целую вечность. Но в конце концов Гэлли почувствовала, как ее скорость снижается, словно она приближалась к концу орбиты. «Повернуть, - подумала она. – Сейчас!»

Она ринулась в сторону. Если бы у нее были колеса, они бы завизжали и задымились от такой скорости. Гэлли снова закричала – одновременно от радости и страха. Стремительно смещаясь направо, и направо, и еще направо, она вспомнила совет Гиперефусы изменить путь и вернуться домой другой дорогой. «Иначе тот дракон подкараулит меня», - подумала она. Так что, пройдя последний кусочек поворота, она отбросила себя еще чуть-чуть направо и снова понеслась – не совсем тем путем, которым пришла.

И это по-прежнему было блаженством. Мимо мелькали звезды – бледные, яркие, красные, голубые и зеленовато-желтые, – образуя звездных животных, птиц и людей, проносясь мимо. Гэлли счастливо неслась вперед, пока одно из звездных скоплений медленно не превратилось в медведя. Большая Медведица, подумала она и поняла, что почти дома.

И, конечно же, вглядевшись сквозь вуаль собственных волос вперед и вниз, она увидела Солнечную Систему – точь-в-точь как на дедушкином компьютере. В центре находилось солнце, а планеты степенно вращались вокруг него. Она увидела большой Нептун и тяжелый белый Уран, Сатурн в кольцах и Юпитер, выглядевший знойным и желтым с красными пятнами. Плутон прятался где-то в темноте. И казалось, что маленький Меркурий и облачная Венера слишком близко к солнцу – они рисковали сгореть в его жаре. А там полосатый красный Марс и голубая Земля.

Гэлли начала надеяться, что нацелена точно на Землю, но когда она просвистела немного вперед, стало ясно, что она направляется прямиком к солнцу. Она знала, кометы иногда падают в солнце. Дедушка рассказывал ей. Она попыталась сдвинуться вбок к линии Земли, но не смогла. Солнце фактически притягивало ее.

– О, на помощь! – воскликнула она. – Я умру. А я ведь только-только обнаружила, что могу делать это!

Однако прежде чем она успела окончательно запаниковать, Гэлли поняла, что лишь пройдет очень близко к солнцу – проскользнет мимо, вероятно, всего в тысяче миль от него. Она уже чувствовала его опаляющий жар. Посмотрев на него, Гэлли могла ясно различить вращающиеся солнечные пятна и шипящие, скачущие сгустки пламени. А еще она увидела человека в зеленой одежде, стоявшего в раскаленном, горячем центре всего этого.

«Что? – подумала Гэлли. – Люди не могут…»

Она только наполовину додумала эту мысль, когда человек на солнце махнул ей и крикнул:

– Стой! Выровняй скорость – немедленно!

Гэлли обнаружила, что она – нет, не замедляется, – скользит рядом с солнцем примерно на той же скорости и слишком близко, чтобы это было комфортным. Его жар раскручивал ее, заставляя таять и разжиматься от яблока.

– Не делайте этого! – закричала она и вдруг поняла, что смотрит на Флейту. – О, конечно. Скрипка говорил, что вы стоите на солнце.

Флейта стоял, скрестив руки на груди, окруженный скачущей шипящей жарой. И выглядел не очень-то дружелюбно.

– До этого утра, - произнес он, - у меня было тысяча и одно золотое яблоко. Теперь у меня их только тысяча.

– Они ваши? – удивилась Гэлли. – Я не знала…

Флейта кивнул, его волосы подпрыгнули среди горячих белых языков пламени.

– И еще одно у тебя в кармане, - сказал он.

А Гэлли и забыла совсем, что положила призовое яблоко Гармони в один из карманов своих брюк, застегнув его на молнию. Ей хотелось бы похлопать этот карман, чтобы убедиться, что пластиковое яблоко по-прежнему там, в целости и сохранности, но для этого она была немного слишком ледяной и скрученной.

– О, это всего лишь пластиковое яблоко, которое Гармони дала мне как приз в игре, - беззаботно ответила она.

Флейта слегка усмехнулся:

– В самом деле? Эта девочка – Гармони – украла гораздо больше моих яблок, чем мне хотелось бы. Теперь она свободно перемещается по всей вселенной, возможно, по всей мультивселенной. Она везде, вопреки приказам твоего дяди Юлиона. Не отдавай ей еще и это яблоко.

– Не буду тогда, - ответила Гэлли. – Я хочу оставить его себе.