Ворона, похожая на ту, что я видела.

— Это она, — сказала я, указывая на нее пальцем, но так, чтобы быть вдалеке от острого клюва. Ворона зло клевала страницу под лапами. — И у нее тоже было три лапы.

— Не помню, чтобы рисовал ее, — выдохнул Томо. Он вытащил из кармана ручку и принялся зачеркивать ворону с такой силой, что прорвал страницу. Ворона издала придавленный вопль и замерла, хотя и не умерла. Она настороженно смотрела на нас глазками-бусинками из-под клетки чернил, что создал вокруг нее Томо. Он тихо выругался и закрыл блокнот.

— Ты не помнишь?

— Как и рисунки Аматэрасу… Я ведь нарисовал ее похожей на тебя, — сказал он. — Те были во сне. Видимо, я все еще рисую во сне. Поверить не могу.

— Ворона не так и плоха, — отметила я. — Это лучше, чем дракон.

— Ты не понимаешь, — сказал он, проведя рукой по волосам. Он смотрел на меня с раздражением… Я знала, что он не хотел злиться, но я ощущала все иначе. Я не подходила. Я не могла. Откуда мне знать, что означает ворона с тремя лапами? Я принадлежала другой культуре. Я не знала даже, что такая ворона существовала.

— Это Ятагарасу.

— Ятагарасу? — медленно повторила новое слово я.

— Это особая ворона, — сказал он. — Посланник Аматэрасу. Она первой явилась к императору Джимму. Она хотела добраться до тебя?

Я кивнула. Голова кружилась, а желудок сжался.

— Это хорошо или плохо?

Он вздохнул, пряча блокнот в сумку.

— Не знаю точно. Дай свой телефон.

Я передала ему кейтай, он принялся искать значение птицы.

— Тебе нужно обновить свой телефон, — заметила я. Не хотелось думать о плохом предзнаменовании. Он фыркнул.

— Мне нравится старый кейтай, — сказал он. — И я не хочу тратить деньги отца. Я хочу сам накопить на свой.

Я не знала, что сказать. Я не знала, хорошее ли это решение, или это действие из прошлого века.

— Вот, — он указал на кандзи на экране. Я прищурилась, какое-то время пытаясь понять текст. — Ятагарасу — посланник Аматэрасу, — прочитал он. — Его появление означает, что исполняется воля небес, или что божества готовятся вмешаться в дела смертных. Значит, мы на верном пути.

— Или нет, — сказала я. — И Аматэрасу хочет нас исправить.

— Но у нас были сны о сокровищах, так ведь? Они нужны нам, какой бы ни была причина.

И я все поняла, словно в голове вспыхнул яркий свет.

— Джун! — сказала я. — Нам нужны сокровища, чтобы остановить его, Томо.

Он с замешательством взглянул на меня.

— Ты понимаешь, что снова назвала его Джуном?

— Я не это имела в виду, — сказал я. — Аматэрасу сказала, что сокровища его остановят, что Сусаноо не должен править Японией. Может, зеркало покажет ему правду.

— Уже показало, так ведь? И начался этот беспорядок.

Я прикусила губу, думая.

— Может, оно наполнит тебя силой, чтобы ты мог его остановить. Или камень наделен силой. И разве нельзя с помощью Кусанаги вырезать из него дух Сусаноо?

— Верно, — Томо сжал ладонь в кулак. — С Саншу но Джинги мы победим в дурацкой войне Ками еще до ее начала.

— Я поговорю с Дианой насчет Токио вечером, — сказала я. — Найду способ ее уговорить.

Томо кивнул, взяв меня за руки. Обычно он не делал так на людях, и его прикосновение заставило меня густо покраснеть.

— Мы покончим со всем этим, Кэти. Выход есть.

— Да, — сказала я. — Своими силами.

— Нет, — сказала Диана.

— Пожа-а-а-алуйста!

— Ты шутишь? — она прислонилась к стойке на кухне. — Я не отпущу тебя в Токио одну.

Я понимала, что она не согласится, но попытаться стоило.

— А если я поеду с другом?

Диана фыркнула.

— А чем не подхожу я, кстати?

— Не в том дело, — сказала я. — Все не так… Просто я нервничаю из-за встречи с отцом… Стивеном. Стой, мне называть его папой или Стивеном? Ой. Вот видишь? Я уже ничего не понимаю.

Диана повернулась и взяла сковороду со стейком, опустив его потом на мою тарелку.

— И потому я и должна быть с тобой, — сказала она. — Я не доверяю ему, после того как он бросил мою сестру и тебя. Я знаю, что все заслуживают второй шанс, но если он сломает твое сердце… — она вздохнула. — Я не хочу, чтобы тебе было больно, милая.

— Знаю, — сказала я, придерживая тарелку Дианы, пока она лопаточкой поднимала со сковороды свой стейк. Я поставила тарелки на наш маленький стол с негромким стуком. — Но это я должна сделать сама, — я отодвинула стул и села, уткнувшись лицом в руки, поставив локти на стол.