Томо тяжело дышал, глаза его сияли.

— Не знаю. Я пытался найти хоть что-нибудь, но, видимо, камень хорошо охраняют.

— Ты не знаешь? — спросила я.

— Может, мы поймем, оказавшись достаточно близко, — сказал Томо. — Не знаю, как, но мне нужно оказаться там, Кэти. Камень зовет меня, — я же ничего подобного не слышала, ничего подозрительного не ощущала.

Дорога огибала деревья и вела к красивому мосту, что пересекал внутренний ров. Розовые и белые кувшинки плавали на поверхности воды, окруженные тысячами зеленых листьев, покрывших ров. Казалось, что по ним можно перейти на другую сторону. Покрытая водорослями каменная стена поднималась из воды под прямым углом, а здание за этой оградой напоминало уменьшенную версию замка Сунпу. Этажи черно-белого цвета воздвигались друг на друге, словно многоярусный торт.

— Фуджими-ягура, — сообщил экскурсовод, а для иностранцев добавил на английском. — Башня с видом на Фудзи.

Томо прижался плечом к моему плечу, голос его был тихим и мрачным.

— Башня не остановит меня. Я заберу то, что принадлежит мне.

— Мы пришли взглянуть на Магатаму, а не украсть, — прошипела я. — Или ты хочешь за решетку?

— Камень принадлежит мне, — сказал он, и я поняла, что что-то идет не так. Я взглянула на его глаза. Они были нормальными, не черными озерами, как я того ожидала. И голос принадлежал ему. Значит, он не потерял контроль. Тогда почему он так говорил?

— Камень принадлежит императору, глупый. Ты — не Тсукиёми, помнишь?

Он посмотрел на меня голодными глазами.

— Ты не понимаешь. Все обретает смысл. Мы должны были попасть сюда. Так мы сможем остановить Такахаши, Кэти. Цель Тсукиёми не уничтожить мир. Его цель — уничтожить Сусаноо.

Я сузила глаза.

— Что? Это звучит бессмысленно.

Туристы направились по деревянному мосту к садам в восточной части, но мы держались от них поодаль.

— Свет Магатамы словно сияет над всем, проясняет все. Это началось не с нас. Как и говорила Икеда, мы — новые воины, но война шла задолго до нас. У нас есть шанс покончить с ней раз и навсегда, прекратить эту вражду.

— Голоса, — сказала я. — Они лгут, помнишь? Не слушай их.

Но он покачал головой.

— В этот раз все иначе. Я знаю. Это не кажется неправильным.

Мост пересекли почти все, и мы последовали за ними. Но, как только мы оказались на другой стороне, Томо схватил меня за руку и потащил по берегу к каменной стене, чтобы нас скрыло основание моста. Я поскальзывалась на камнях, но Томо крепко держал меня за руку. Я коснулась туфлями воды, и из-за ряби на ее поверхности покачнулись листья кувшинок.

— Не самое лучшее время для плавания, — прошептал он.

— С ума сошел! — прошипела я. — Они нас арестуют.

Но они пока что не заметили, что мы отстали. Туристы шли по дороге, что скрывалась за деревьями. Когда они исчезли за поворотом, Томо схватился за край моста, поднимая нас на его поверхность.

— Не бойся, — сказал он. — Если они тебя найдут, говори на английском. Кричи, если понадобится. Скажи, что потерялась. Это мне придется беспокоиться, если нас поймают, как все это объяснить.

— Ох, спасибо, что напомнил, как я отличаюсь, — сказал я, он нахмурился.

— Не в том дело, — отозвался он. — Каждый самурай использует обстоятельства в свою пользу, так? Не играй по правилам. Используй свой статус иностранца, чтобы избежать проблем.

— Во-первых, мы — не самураи. Во-вторых, разве у самураев не было кодекса чести?

Томо остановился, разглядывая здания.

— Ну, да, — сказал он. — Я имел в виду пиратов, — он направился к дорожке, обрамленной деревьями, что шла вдоль главной дороги. Мне пришлось идти за ним.

— Как ты умудрился перепутать пиратов и самураев?

— Не важно, — сказал он. — Посмотри туда. Здание для гостей Дворца императора.

Это здание не было похоже на королевское. Оно больше напоминало очень длинный чайный домик, прямоугольное здание белого, серого и черного цветов. Оно не было роскошным, а, наоборот, выглядело простым. Туристы были чуть впереди, они фотографировали здания, шагая по прямой дороге.

Томо выглянул из-за угла.

— Нам нужно обойти здание, за ним будут три Дворцовых святилища. Мы проберемся мимо туристов, когда они повернут к Ямашита Дори. Деревья закрывают плохо, но шанс есть.

— А ты серьезно поработал, да? — спросила я. — Ты планировал это с самого начала?

Он покачал головой.

— Я искал, где может храниться камень. Остальное — инстинкт.

— Инстинкт мимо охраны не проведет, Томо.

Томо взял меня за руку, он содрогался от глубоких вдохов, лицо его уже почти светилось от адреналина. Таким я его видела только во время соревнования кендо или рисования.

— Нам нужно найти Магатаму, — сказал он. — Любой ценой.

— И ты думаешь, что камень там?