Кстати, пришли мне еще блесточек поотвратнее и наклеек каких-нибудь. Скоро же День Святого Валентина!»

*

«Привет, пожиратель лимонов!

Вы достали уже, книголюбы хреновы! На меня родители знаешь как косятся, когда посылки приходят? Я стараюсь при них не распечатывать, а то они от таких названий вообще рехнутся с перепугу.

Лови свои блестки. Ничего омерзительнее не нашел. Кстати, еще вот розовый картон и наклеечки-сердечки, думаю, это тебе точно пригодится! Расскажешь потом, как все прошло.»

*

Еще не успевшие забыть Рождество хаффлпаффцы с ужасом наблюдали за тем, как Поттер, высунув от усердия кончик языка, вырезает из отвратительного оттенка розового картона сердечки и оклеивает их чем-то блестящим. Девушки ощущали, что День Святого Валентина они могут и не пережить: стопка открыток всё росла, и было ясно, что Гарри вознамерился оделить ими каждую. Включая преподавателей. Что, собственно, и произошло…

– Гарри, а у тебя есть подруга? – спросила за праздничным обедом Ханна, успевшая забыть о неприятном приключении.

– Хочешь ею стать? – неподдельно обрадовался тот и потянулся ее обнять.

– Нет! – та шарахнулась и чуть не свалилась со скамьи. – Просто спросила!

– «Просто» о таких вещах не спрашивают, - поучительно сказал Гарри. – Люди вообще никогда ни о чем не спрашивают просто так, они всегда что-то имеют в виду!

– Чеканно, - фыркнул кто-то из старших.

– Стараюсь, - скромно ответил мальчик. – Расту над собой. Прогрессирую…

– Поттер, заткнись, - попросила староста. – Не порти людям аппетит. И вообще, частые отработки у Снейпа на тебя плохо действуют.

– Почему это? Я вчера по зельям «превосходно» получил, между прочим!

– Да! Только после этого с факультета сняли десять баллов!

– А я не виноват, что Уизли на меня в коридоре налетел, - невозмутимо ответил Гарри. – Если у него координация движений ни к черту, я-то тут причем?

– А кто ему подножку поставил?

– Понятия не имею, - со всей возможной искренностью сказал Гарри и занялся едой.
– По-моему, просто он на собственный шнурок наступил.

– Что вообще за манера решать все проблемы кулаками? – продолжала возмущаться староста.

– А чем, Авадой, что ли? – невозмутимо спросил тот. – Ну прости, прости… Ты же знаешь, я рос среди магглов, меня в школе обижали, потому что я очкарик, пришлось выучиться драться…

Гарри умолчал о том, что благодаря уличной и школьной закалке привык сперва бить, а потом уже расспрашивать, равно как и о том, насколько ему не хватает Терри, всегда готового прикрыть спину и помочь накостылять даже превосходящему по численности противнику.

– Иногда у меня складывается впечатление, что с такими замашками тебе на Гриффиндоре надо было оказаться, - мрачно сказала староста, разглядывая свою открытку и невольно передергиваясь.

– Шляпа предлагала, - согласился Гарри. – Но я отказался.

– Мерлин великий, почему?!

– Они слишком шумные, - кивнул он на гриффиндорский стол. – Гляди, какой бардак! То ли дело у нас: тихо, уютно…

– Да, верно… - вынужденно согласилась девушка. – Только, Гарри…

– Да?

– Пожалуйста, не надо больше открыток!

– Как?! – огорчился тот. – Пасха же впереди! Я уже наклейки с яйцами и кроликами купил!

Софакультетники тихо застонали.

– А давай договоримся, - проявила смекалку староста. – Ты делаешь открытки всем, кроме нас! Мы тебе даже поможем…

– Как можно!
– оскорбился Гарри. – У всех будут открытки, а у вас нет? Я не согласен так вас обделить!

– Ну пожалуйста…

– А что мне за это будет? – тут же спросил он, памятуя уроки Терри. Уж тот-то был мастером торговаться.

Старшекурсники переглянулись.

– Мы не будем доставать тебя из-за Уизли. Хоть котлету из него сделай, только по-тихому, - выдал, наконец, один из них.

– Мало, - сказал Гарри, забавляясь от души. – Кстати, я хотел на Пасху плакат нарисовать для нашей гостиной, красочный такой. У меня и фломастеры есть, и наклеек куча, и блестки остались...