— Что ты наделала? — сидя на полу, хрипела Джо. Голос ее прерывался, каждое слово давалось с трудом. — Какого черта ты это сделала?

Отодвинувшись, Джози забралась на край кровати; ноги едва слушались ее. Но при одном только взгляде на Джо всплеск адреналина ветром пронесся по телу. Размахнувшись, она от души влепила Джо пощечину.

— Меня? А меня за что? — взревела Джо.

Джози приготовилось к ответному нападению. Но вместо того Джо вдруг рухнула на коврик и залилась слезами.

Такого поворота Джози никак не ожидала.

— Ну чего ты ревешь?

Джо не ответила, а зарыдала еще отчаяннее.

Джози разрывалась между недоверием и обидой. С чего бы Джо плакать? Разве это не она лгала, манипулировала и в результате перебралась жить в чужой мир?

— Замолчи, — приказала Джози, жестче, чем ей хотелось. — Это всё по твоей вине.

— Я знаю, — простонала Джо, — я знаю, что по моей.

Вот блин. Она не должна была сознаваться, что поступила неправильно. И как теперь Джози её ненавидеть, раз Джо признала свою вину.

— Успокойся. — Джози схватила пачку салфеток из комода и передала их Джо. — На, утрись.

Перестав всхлипывать, Джо вытащила салфетку, осторожно промокнула уголки глаз, пытаясь выровнять дыхание.

— Что ты собираешься делать со мной? — начала она.

— С тобой? — Джози понятия не имела, о чем она вообще. — Будешь моей заложницей.

Глаза Джо расширились, нижняя губа задрожала. Черт, Джози, не те слова ты подобрала.

— Ну, может, не так, — быстренько поправилась Джози. — Скорее, залогом. Я должна быть уверена, что смогу вернуться домой.

Джо покачала головой.

— Бесполезно. Она не захочет сюда.

— Твоя мама?

Джо кивнула:

— После всего, что случилось.

— Меня не волнует, в какую задницу вы попали, ребята, — рассвирепела Джози. — Твоя мать сорвала эксперимент, пыталась продать Сети военные тайны. Поэтому. Мне. Наплевать. Пока мы с мамой не окажемся дома.

Идея, что в одной вселенной одновременно могут жить её мама и доктор Бирн, Джози и Джо, никогда не приходила Джози в голову. Наверно, это было бы странно, но не более.

— Ладно, если твоя мать не хочет, пусть не возвращается.

— Не возвращается?

— Не понимаю, почему нет.

В голове мелькнула еще одна мысль. Если Джо и доктор Бирн остаются, то как насчет Ника?

— Просто мы должны убедиться, что люди находятся в безопасности. — Из кармана Джози выудила настоящий флакон. — Инъекция у меня, будет чем торговаться.

— Она всё время была у тебя?

Джози пожала плечами:

— Ты не единственная умеешь лгать. Твоя мать — сплошная фальшивка.

— О.

— Если повезет, твой папа и Ник найдут способ использовать инъекцию и навсегда избавить мир от ноксов.

Джо выпрямилась, позабыв о слезах.

— Отец?

— Да. — Джози отвернулась, чтобы скрыть улыбку от Джо. — Он с Ником.

— Что ты имеешь в виду? — фыркнула Джо.

О, Джози хотелось насладиться моментом.

— Они проникли в штаб-квартиру Сети в Форт Миде и стащили оттуда лазер.

На лице девушки Джози ожидала увидеть гримасу ревности. Но вместо этого Джо сильно побледнела, и её стала бить мелкая дрожь.

— Мой... мой отец?

— Ну да! — раздраженно ответила Джози. Она чувствовала неловкость, защищая мистера Бирна. Его бросили жена и дочь, они лгали ему. Всё, что он добивался, это вернуть семью, как Джози. И потому, для общего их блага, она будет делать все возможное, чтобы так и случилось. — Если б вы с мамой просто доверяли ему, этого бардака не случилось бы.

— Доверять ему? Доверять моему отцу? — Джо выглядела такой растерянной и непонимающей, будто Джози разговаривала с ней на суахили.

— Ну конечно, — ответила Джози. — Он хочет как лучше, для вас обеих. В последние дни он пытается вытащить маму из Святой Марии только по одной моей просьбе. И даже не допрашивал нас, когда мы с Ником просили его о помощи.

— Вытащить её из Святой Марии?

Почему Джо так тупит, медленно складывая воедино все кусочки?

— Да, именно так я сказала.

Джо медленно покачала головой.

— Он не собирается помогать твоей маме.

Было ещё что-то в раздельном, по словам, произношении, когда Джо говорила эту фразу, отчего волосы на затылке Джози зашевелились и встали дыбом. В голосе Джо звучал ужас в сочетании с какой-то обреченностью, и в горле Джози мгновенно пересохло.