– Тут нет офицерских столовых? – удивился я, вспоминая прошлое своё жилище.

Он смутился лишь на миг.

– Конечно есть сэр, но поскольку вы проспали завтрак, я взял на себя ответственность, чтобы вы не остались и без обеда.

– Спасибо Дик, - я искренне поблагодарил его, поскольку вчера после всех этих полётов и волнений, совершено забыл о еде и только когда он внёс поднос с большим куском мяса, пшеничной кашей, хлебом на тарелке, небольшой баночкой джема и чайником с кружкой, я понял, насколько был голоден. Всё что он принёс, я смел буквально за несколько минут, облизав даже баночку с джемом, поскольку еды оказалось меньше и однообразное, чем к какой я привык.

Переодевшись в свежую одежду, я попросил принести мне воды и когда подогретый тазик с водой доставили, пришлось морщась от неудобного самообслуживания, бриться и умываться.

– Дик, кто может заняться моей одеждой? – поинтересовался я у него, когда чистый и вкусно пахнущий дорогим парфюмом, вышел из комнаты.

Сержант оглянулся на солдат, двое из которых замерли возле окна словно статуи и неохотно ответил.

– Солдат обстирывают сэр прачечные, но вам лучше туда ничего не сдавать, если не хотите недосчитаться серебряных пуговиц со своего кителя.

– Что же делают тогда офицеры?

– У каждого есть денщик, сэр, но им нужно платить, что опять же не каждому по карману, - было видно, что разговор ему был не очень приятен.

– А ты мне можешь найти такого расторопного? – я не очень понимал причин его такого отношения, но не самому же мне этим было заниматься, - я готов заплатить.

– Конечно, нет проблема, если есть наличные, - тут же оживился он.

– «Похоже он лукавит мне, - по его странному поведению догадался я, - видимо офицеры бесплатно заставляют сержантов и другой младший состав пахать на себя, вот он и приуныл, когда речь не шла о деньгах. Едва услышал про монеты, вон как оживился».

– Сколько обычная плата? – я решил убедиться в правоте своих предположений.

– Десять крон в неделю сэр, - он осторожно ответил, словно прощупывая мою реакцию на эту сумму, видя, что я обдумываю, тут же поправился, - но поскольку мы с вами вроде как знакомы, готов лично заниматься всеми обязанностями за восемь. Всё равно меня за вами закрепили.

Я достал из саквояжа кошелёк и вытянул монету, достоинством в десять гиней и протянул ему.

– Я планирую пока остаться тут на три месяца, этого будет достаточно Дик?

Его глаза расширились, но деньги он взял не спеша и даже чуть поклонился.

– Более чем сэр.

– Тогда вопрос решён. Нужно постирать всю мою вчерашнюю одежду, а также приготовить комплект на завтра. Бритвенные принадлежности помыть и почистить. Ещё я привык умываться трижды в день, так что горячая вода должна быть готова к этому времени.

Он быстро кивал головой, запоминая и посмотрел на меня.

– Что-то ещё капитан?

– Ну еду хотелось бы видеть более разнообразной, это можно здесь осуществить?

Он с сожалением посмотрел на монету в своих руках.

– Можно сэр, но это тоже за отдельную плату. Аристократы редко посещают столовую, обычно им готовят отдельные повара.

– Я тоже хочу, чтобы они мне готовили, - я снова обратился к кошельку, но теперь вытащил монету, до отказа полную душ, - сто гиней на сколько хватит?

У солдата от монеты, которую я ему протянул, едва не выпали глаза, похоже он никогда в жизни не видел денег такого достоинства, от волнения он слегка стал заикаться.

– О-чень надол-го сэр, этого д-даже будет много!

– Хочу, чтобы всё было только лучшего качества, - «скромно» заявил я и посмотрел ему в глаза, - Дик, у меня пока нет причин не доверять тебе, но всё же не стоит недооценивать меня и мой возраст.

Он не выдержал гляделки и опустил взгляд в пол, я не стал давить его своей аурой дальше и он быстро пришёл в себя, хотя было явно видно, что в моей комнате он не чувствовал больше себя свободно.

– Кстати, а что это? – я вернулся к делам менее насущным, - канонада?

– Да сэр, артиллеристы стараются дьявола в аду достать, - он кивнул в сторону, откуда слышался гул, - через час закончиться и наши пойдут в атаку, а потом будет и ваш черёд выйти на поле.

– Сбор душ? – догадался я, едва не сплюнув от злости на пол, когда он подтвердил, на какую работу меня подрядили.

– «Хорошего же тут обо мне мнения, ну ничего, я им покажу, кто есть кто».

Осознание того, что меня хотят использовать как обычного ремесленника сильно возмутило меня, так что пришлось успокоиться и снова напомнить себе, что они не знают, кого конкретно им прислали и относиться к этому в пониманием.