– Я могу просто вас всех обездвижить, как его и вы даже не успеете глазом моргнуть, - я недовольно прищурился, от подобных угроз, показывая в сторону лежавшего, - так что просто дайте мне поговорить с другом и поедем дальше, я голоден.

Он несколько мгновений подумал, но всё же опустил оружие вниз и его примеру последовали остальные охранники. Не сдавая целиком свои позиции, он пристроился за моим плечом, когда я шагнул к цепи охранения полиции, а также высокой шкафоообразной фигуре, которая продолжала оглашать окрестность своим рёвом.

– Дрейк, хватит уже орать, всех животных наверно в округе перепугал, - с этими словами я шагнул в круг света, который давал фонарь полицейской машины.

– Рэджи!!! – секунда и тиски костедробильных объятий, от которых я давно отвык, захватили меня в себя.

Я с улыбкой поднял голову и натолкнулся взглядом на довольное, но очень уставшее лицо давнего знакомого.

– Отпусти меня, не затем же ты решил устроить такое представление, чтобы переломать мне кости.

Он тут же поставил меня на землю и его лицо стало серьёзным.

– Реджи, мне снова нужна твоя помощь.

Я удивленно на него посмотрел, сердце предательски ойкнуло.

– Что случилось?

– Ист-Энд захлестнула череда непонятных смертей, причину которых мы не можем установить, а твои «друзья» по цеху, - тут он желчно оскалился, - опять ни хрена не могут сделать, хотя все наши доктора, проводившие вскрытия - однозначно говорят, что нет явных причин смерти: никого не задушили, никого не зарезали, просто женщины, мужчины, дети, старики - умирают в своих постелях без всякого на то основания.

– Странный ты тогда выбрал способ просить помощи, - я показал рукой на тайную полицию за своей спиной, - уверен, что тебя не накажут?

– Похрену, - он отмахнулся рукой, - это был единственный способ поговорить, все мои прежние запросы дальше главы участка тайной полиции не уходили, а все мои расспросы упирались в стену секретности государственного уровня. Мне даже записку не давали тебе передать!

Я удивился.

– «Под каким же плотным колпаком я сейчас живу, если все мои контакты с внешним миром так строго ограничивают?».

– Впервые слышу о таком, мне разрешают выезжать в город.

– Ага, только под такой охраной, гласной и негласной, что нас бы перестреляли, попытайся мы там остановить кортеж, - посетовал он, - но в любом случае меня и за это-то накажут, но так хотя бы я с тобой переговорил.

– Ладно Дрейк, чтобы не накалять обстановку, давай закончим на сегодня, - я кивнул головой в сторону прислушивающегося к нашему разговору старшего охранника, - завтра я поговорю с учителем и сэром Артуром, чтобы устроили нам встречу, где бы мы нормально могли бы поговорить. Тебя устроит такой вариант?

– Вполне, тем более другого-то и нет, - он протянул мне руку, - чертовски был рад тебя видеть малыш.

– Не такой уж и малыш, - проворчал я, пожимая его крепкую ладонь и попрощавшись, вернулся к машине. Водитель под присмотром одного из своих коллег уже пришёл в себя и кинул на меня взгляд полный ненависти.

– «Какой я молодец, везде могу заводить друзей, - я мысленно пожал плечами, и влил в него обратно откаченную душу, она мне была точно не нужна, тем более это был простой забор энергии, без необходимости по капле цедить её, оставляя сущность человека не повреждённой, с этим я сейчас мог манипулировать свободно и на большом расстоянии».

Не обращая внимание в взгляды охраны, я сел в машину. Вскоре рядом со мной, подперев меня с обоих сторон сели два охранника, и водитель нашей машины сменился.

– В поместье и живо, - приказал водителю севший в машину старший охранник, и пробурчал под нос, но так, что слышали остальные, - готовитесь, всю сегодняшнюю ночь будем писать рапорты.

Охранники снова недовольно посмотрели на меня, но я не обратил на это внимание, Дрейк был не таким человеком, чтобы из-за пустяков рисковать своей карьерой, значит у него случилось что-то действительно серьёзное, раз он решился на такой отчаянный шаг, устроив засаду машинам тайной полиции, только чтобы поговорить со мной.

Вернувшись в поместье, я первым делом пошёл к учителю и рассказал о встрече со своим старым другом и попросил, чтобы сэр Артур разрешил нам встретиться, а также не сильно наказывал Дрейка за самоуправство, в конце концов он не за себя просит, а на благо империи. Учитель задумчиво почесал подбородок и сказал, что завтра этим займётся, от меня он не раз слышал в рассказах о Кукольнике об инспекторе и его работе, так что упрямиться он не стал и согласился мне помочь, но завтра. Тем более, что из-за позднего возращения, моего кающегося отправили спать, в его преклонном возрасте лишние тревоги и волнения были противопоказаны, так что и наше знакомство с ним отложилось на утро.