– Рэджинальд, познакомься, мистер Олаф Мак’Ги, инспектор тринадцатого участка, - представил он второго человека, который сидел на том стуле, на котором раньше сидел он. Сам же Дрейк обосновался на гостевом диване, так что я сразу вспомнил, что он теперь заведует всеми участками Ист-Энда, а не только тринадцатым.

– Очень приятно, я кстати теперь барон, Дрейк, - похвастался я, чем вызвал его удивлённый взмах бровями, - когда ты успел? Дейла не говорила мне, что твоё имя публиковали среди награждённых в этом году.

– Ты всё ещё встречаешься с мисс ла Руш? – заинтересовался я, вспомнив какая это приятная, но строгая женщина, - мне казалось ты ей не очень подходишь.

– Чего это! – возмущённо вскинулся он.

– Джентльмены, - внезапно перебил нас хозяин кабинета, - я понимаю вы старые друзья и один из вас мой босс, но всё же, у меня ещё куча дел.

– А, да, мы ещё поговорим про это, - погрозил мне кулаком Дрейк, - в общем как я раньше тебе и говорил, хочу, чтобы Рэджинальд посмотрел все дела по предыдущим убийствам, может что увидит там.

– А я тебе говорил Дрейк, что возможно это дело, яйца выеденного не стоит чтобы глубоко копаться во всём этом: у меня три ограбления, два изнасилования и ещё чёрте сколько беспризорников, которых нужно поместить в работные дома, пока не ударили морозы и они не перемёрзли на улицах, а ты пристаёшь ко мне с делами в которых пусть и не всё ясно, но зато точно нет того криминала, за который нам платят деньги – пусть им занимается тот, кому и положено – ремесленники.

– Олаф, мы конечно друзья с тобой, - глаза старшего инспектора тут же налились кровью, - но если я ещё раз услышу подобное, мы с тобой поссоримся. Убийства должны быть раскрыты, и если кроме нас, до вчерашнего дня, никому не было дела, то теперь всё изменилось! Меня второй день глава участка тайной полиции целует в зад, только чтобы я приносил ему новости по делу о смерти герцога Уэльского! Ты думаешь долго это продлиться, если мы с тобой не будем давать результат? Как бы они не хотели забирать это дело себе, но будут вынуждены под давлением семьи убитого, а тебе нужно, чтобы вокруг твоего отделения толпами носилась тайная полиция?

Инспектор тринадцатого участка нахмурился.

– Хорошо, я окажу полную поддержку, мистеру ван Диру.

– «Вообще-то сэру, но не будем настаивать в этом случае».

– И Олаф, - интонации Дрейка приобрели металл, - надеюсь если вдруг моему молодому другу понадобиться что-то в участке, а меня по близости не окажется, ему в этом случае тоже окажут всемерное содействие? Я доступно выражаюсь?

– Слушаюсь сэр, - скрепя зубами произнес инспектор.

– Так то лучше, - Дрейк улыбнулся, - ладно мне пора, а если ты Рэджи что-то нароешь, телеграфируй пожалуйста об этом, в одиннадцатый участок. Вчера разгоняли демонстрацию докеров, много убитых и раненных с обоих сторон, так что мне нужно быть там.

– Хорошо, мой привет мисс ла Руш, - съехидничал я, заработав ещё один осмотр кулака размером с мою голову.

Вскоре мы остались одни, но поскольку мне принесли и положили на диван большую стопку тонких картонных папок, то я погрузился в чтение, а хозяин кабинета занялся своими делами. Часто выходя к стойке и раздавая приказы.

– «Ничего полезного, - чем больше я читал, тем больше убеждался, что пользы от чтения никакой». Всё сводилось к тому, что было и в этот раз, жертв просто заставали у себя дома, часто при закрытых изнутри дверей, мёртвыми. В большинстве случаев явного мотива для убийства не было, конечно косвенные признаки заинтересованности в их смерти имелись: у кого-то был не погашен длительный долг, у кого-то имелись враги, у кого-то ревнивые жёны, но общая картина всех убийств была непонятная. Все погибшие не были связаны между собой ничем, кроме самого факта проживания в Ист-Энде, но за это же не убивают!

Начиная с десятой смерти в документах по делу, стали появляться заметки ремесленников, которых подключали к расследованию, фамилии были мне незнакомы, но я решил записать их и поговорить лично, это всё же лучше, чем читать сухие выжимки их отчётов. Тут же я понял, почему мы не поехали сразу на кладбище, видимо Дрейк тоже узнал об этом недавно - все родственники умерших заявили права на души покойных и забирали тела, чтобы посетить пункты обмена и обменять их души на звонкую монету. Это был не тот случай, когда девочек убивал маньяк-убийца и родители меркантильно решали потом получить с растерзанных тел ещё и куски душ, чтобы на этом ещё и заработать. В этом деле всё было довольно прозаично и мерзко. Если не оставил завещания – близкие родственники по закону могли сдать твою душу и получить деньги, пусть и меньшие, чем в случае с живым человеком, который решил отдать свою душу добровольно.

– «В общем план таков, сначала навещу ремесленников имена которых я переписал, потом буду думать дальше, - решил я».

– Благодарю вас за гостеприимство мистер Олаф, - я встал с дивана и потянулся, разминая затёкшее от долгого чтения тело, - мне пора.

– Нашли что-нибудь интересное? – поинтересовался он.

– Особо ничего, я не видел тел, так что сведения довольно скудные, но в этом нет вашей вины, - я тут же поднял руки, видя, как он вскинулся на моё замечание, - постараюсь поговорить с коллегами, может у них узнаю больше.

– Простите за столь резкую встречу, - внезапно он встал из-за стола и протянул мне руку, которую я пожал, - но столько дел в участке, а тут еще Дрейк наседает.

– Насколько я успел его узнать, лучше вам с ним не спорить, - хмыкнул я и простившись, вышел из кабинета.

Моя охрана ждала меня внутри отделения, пристроившись на стульях, отнятых у молодого парня за стойкой регистрации, так что когда они поднялись вслед за мной, он обрадовался.

– Телеграфируйте пожалуйста старшему инспектору в одиннадцатый участок, что мне нужно будет поговорить с теми ремесленниками, которых он привлекал к делу, - я передумал ехать к ним сам, вспомнив, что если я захочу поговорить с ремесленниками, то без разрешения одного ублюдка не смогу этого сделать, так что пусть лучше займётся Дрейк.