Она исполнила.

– Спасибо, - сказал я.

– А это что было? – спросила она, повернувшись ко мне.

– Просто красиво.

– Приступай уже к изложению! Что у тебя на уме?
– озорно вскрикнула она, польщённая «нештатным» комплиментом и моим восхищением ею.

– Сейчас, еду принесут, хорошо?

– Как скажешь.

– Оля, у тебя есть люди, скажем, твоего профиля, с кем ты поддерживаешь связь?

– Конечно, есть.

Я не стал обращать внимание на гордость, с которой она произнесла свою фразу, и подумал об Оле с жалостью.

– Хорошо, но, пожалуй, я зря с этого начал. Может нам никого и не придётся задействовать.

– Ты меня уже настолько заинтриговал, что терпеть нет сил. Ты изменился. Причём, не в лучшую сторону.

– О, Оля. Что ты знаешь о лучшей стороне? О худшей? Ты моралист, а значит – зануда. Или тебе было свыше дано узреть истину?

– Так. По-моему я расслабилась в последнее время с тобой.

– Нет, Оля. Всё в порядке. Извини. Просто я иногда забываю, что есть в моём окружении нормальные люди.

– Вот даже не понимаю, обидится мне или обрадоваться?

– Оставь. Мне просто не хватает в последнее время подвижности. Вот я и пришёл, чтобы ты помогла мне кое-что вернуть из прошлой жизни.

– Из прошлой? Что же такое произошло, что у тебя их стало две?

– Да, кое-что случилось, но это не имеет отношения к нашей встрече и тому, что я собираюсь у тебя попросить.

– Тебе помочь начать делать это?

– Нет, я взрослый мальчик.

– Давай уже, не томи, рассказывай.

Я с самодовольным видом извлёк из сумочки конверт и сложенный вчетверо листок белой бумаги.

– Здесь полторы тысячи евро, Оля. Это тебе за будущую работу.

У неё получилось изобразить изумление.

– И я так понимаю, - сказала она, - мне предстоит много поработать?

– Очень много. А здесь параметры и описание девушки, - я указал на сложенный листок, - можешь взглянуть.

Ольга развернула листок и побежала по нему глазами.

– Брюнетка, рост 170 (не выше), вес 52,5 килограмма… – Ольга вопросительно уставилась на меня.

Я услышал слабый окрик из кухни у себя за спиной, убедился, бросив осторожный взгляд назад, что стали сервировать и передавать официантке наш заказ, дождался, когда нас обслужили, и, приступив сразу к трапезе, возобновил разговор:

– Да. А ещё, чтобы была, желательно, не замужем. Чтобы не первой свежести, но красивая. Идеальный вариант, чтобы лет так тридцать три, но чтоб сохранилась лучше, чем к этому времени обычно сохраняются девушки. И далее по тексту.

– И что мне с этим всем делать? – не понимала Ольга.

– Тебе предстоит дать мне координаты такой своей пациентки. Критерии, понятно, примерные, Оля. Мне нужна девушка, подпадающая под примерно такое описание, и которая проходит у тебя лечение. Или, может, не проходит у тебя, но ты знаешь о примерно такой, с кем занимается кто-нибудь из твоих коллег, или ты знаешь такую, но она вообще не обращается за помощью к таким людям как ты, но ей бы следовало.

– Что всё это значит? – всё не понимала Ольга, а мне хотелось смеяться от её серьёзности и озабоченности.

– Хочу завести положительное знакомство с такой девушкой.

– Но что за странный способ знакомства? И я так понимаю, ты в поиске психически неуравновешенной девушки?

А вот на такие вопросы я Ольге отвечать не собирался. Да, она вызывает порой глубочайшее доверие, располагает к обнаружению перед ней своих переживаний, своего характера, но у неё слишком хорошая память для таких сокровенных мыслей, какие порождает мой мозг. Я не хотел пускаться в объяснения, что ни неуравновешенную, я собрался искать, но из тех, которые десятками носятся по психологам, типа вот этой Ольги, и которые пытаются, якобы, разобраться в своих отношениях с действующими или бывшими вторыми половинками, партнёрами, а по сути, просто страдают из-за отсутствия секса. Скажи я ей сейчас такое, что она подумает? Ну и конечно, о каком благополучном исходе моего дела с её участием тогда может пойти речь?

– Нет, но допустимо с некоторыми отклонениями чтоб.

– Но почему так? Почему такой странный способ и вообще. Нет, ты у нас, насколько мне помнится, в психическом плане личность эпатажная, но всё же. Ответь, мне очень интересно.

Я откинулся на диване и собрался уже ответить ей красивым, «многоликим», заготовленным заранее монологом, который долго составлял и прокручивал в своей голове, когда решал, что мне надо, и с чьей помощью я это получу, и теперь только ждал случая, подходящего вопроса со стороны Ольги, чтобы ввернуть этот монолог. И этот момент настал.