– Значит, нужно добраться до Дредфорта как можно быстрее.

Да уж, это почти прямое признание, что они на пороге смерти. Аша вздрогнула, у нее в кишках словно нож повернулся. Слова короля преследовали ее, пока она возвращалась обратно в тыловой отряд. В голове сами собой всплывали тревожные вопросы. В небо поднялся столб черного дыма; люди, конечно, поняли, что произошло, но она наплела им какую-то ерунду. Словно мать, которая вынуждена отравить своих детей, чтобы они не умерли от голода. От этой мысли ей стало грустно. Аша Грейджой никогда не представляла себя рожающей детей, безропотно поддерживающей домашний очаг для благородного и отважного супруга; если ей когда-нибудь и придется выйти замуж, она собиралась устроить свою жизнь ровно наоборот. Но теперь она вспомнила о времени, которое потеряла, о возможностях, которые ускользнули. Если я поддамся отчаянию, оно прикончит меня быстрее, чем холод. Я должна оставаться сильной и крепкой, словно железо, что в моей крови.

Но она так устала. Смертельно устала.

Они прошли мимо погребального костра и продолжили путь на восток через низкие, перекатывающиеся Бараньи Лбы. Отряд двигался еще медленнее, чем обычно, но горцы, прокладывающие путь (и заодно служащие первой линией обороны), были в приподнятом настроении; северяне хорошо знали эти края, и они доложили, что через несколько часов войско доберется до Плачущей Воды. А потом нужно будет пройти вдоль реки несколько лиг на юг, прямо до Дредфорта. Если мы сможем разглядеть его в снегу.

Ветер дул в спину, словно подгоняя, да и Станнис был вне себя от нетерпения. Он все время ворчал, заставляя отряд идти вперед без перерыва на еду и обогрев. Несмотря на противоречивые чувства, которые Аша испытывала к королю, на нее произвело большое впечатление то, что он так много требует от своих людей, а те с готовностью выполняют его приказы. Она сама была капитаном и знала, что никогда нельзя забывать: у тебя есть власть, но их больше. Можно удержать людей в повиновении криками, плетьми и руганью, но это только на время; в один прекрасный момент они решат, что с них довольно. Аша не находила удовольствия в запугивании и насилии, но поскольку она была женщиной, ей было вдвойне труднее; она предпочитала сделать так, чтобы люди любили ее, но даже не смели помыслить о том, чтобы лечь с ней в постель. Приходилось действовать жестко: она велела протащить под килем нескольких воинов, пытавшихся взять ее силой, и постоянно осаживала остальных колкостями, насмешками и постоянным уверенным превосходством. Аша не старалась притворяться мужчиной, но считала себя не хуже любого из них. Среди железнорожденных насиловать захваченных пленников считалось почетным ритуалом, но ее люди знали, что любому, кто попытается совершить что-нибудь подобное, Аша отрежет член, не успеет он его вынуть. А еще они знали, что под ее началом плавание будет хорошим, дележка добычи – честной, а риск – приятным. Поэтому ей неплохо удавалось управлять своей командой.

Но не теперь. Кажется, эта необитаемая ледяная пустыня прикончит их всех. Ей больше не ступить на палубу, не поднять парус. Я умру, так и не вдохнув соленого морского воздуха. По крайней мере, я спасла Теона, сказала она себе. Но ничего хорошего из этого не вышло.

Разведчики вернулись вместе с сумерками. Они принесли новости, которые можно было считать хорошими: горцы дали понять, что Дредфорт всего в нескольких милях отсюда. На протяжении всего пути кругом растет густой подлесок и разбросаны огромные валуны; они могут служить прикрытием. Разведчикам удалось издалека увидеть крепость, и, кажется, ее почти никто не защищает. Если напасть ночью, словно призраки, – или упыри, - один быстрый сильный удар обеспечит победу.

– Может, и так, - сказал Станнис, выслушав их доклад. – Однако глупо предполагать, что крепость стоит без защиты. Скорее всего, это ловушка, чтобы заманить нас туда… Болтонский Бастард известен низменной хитростью и исключительной испорченностью. Даже если его там нет, даже если там никого нет, излишняя самоуверенность приведет к гибели. – Он скрипнул зубами. – Винтерфелл ведь тоже был не защищен, не так ли? Хвала богам, что у меня хватило ума распознать уловку. Что еще вы можете доложить?

Коренастый, с ног до головы покрытый коркой льда горец поколебался и наконец ответил:

– Ваш’личество, это, конечно, опасно, но мы с братьями… Мы близко не подходили, но и издалека страшно смотреть. На юге и востоке тьма-тьмущая упырей. На их пути только заброшенный замок Хорнвудов, а дальше уже Белая Гавань. Если они доберутся туда…

Аша перехватила взгляд Станниса, обращенный на волокуши Вимана Мандерли. Лорду Белой Гавани приходилось легче всех; он лежал, завернутый в меха и одеяла, его волокли специально приставленные люди, но это лишь потому, что ему сильнее всех досталось: старый, жирный, немощный, весь покрытый страшными ранами, испытавший на себе гостеприимство Рамси, - и новых лишений ему точно не выдержать. После того как Мандерли рассказал, что не убивал Давоса Сиворта, а, наоборот, укрыл его на свой страх и риск, Станнис решил оставить его в живых, но король в любой момент мог передумать. Со своей стороны, Аша была благодарна лорду Мандерли за то, что тот подтвердил, что Бран и Рикон Старки живы. Она не думала, что Теон солгал, будто не убивал их, - кажется, теперь он вообще не способен лгать, но слово Мандерли смягчило ненависть, которую питали к нему северяне. Не стоит обольщаться, они не рады снова видеть Грейджоев, и многие из них все еще смотрели на Теона с отвращением, но теперь злость в их взглядах смешивалась с ужасом и жалостью, и никто ни разу не попытался убить ее брата во сне.

– Да, - наконец сказал Станнис. – Понимаю. Значит, вы мне советуете попытать счастья против слабейшего противника, – судя по всему, это Дредфорт, - чем отправлять моих людей в смертельную схватку с упырями.

Горец снова задумался, потом кивнул.

– Куда ни кинь – все клин. Но тут такое дело, ваш’личество. Против проклятых мертвяков мы точно не сдюжим. А против Дредфорта – может, что и получится.

В углу рта Станниса показалась тень жуткой улыбки, от которой щенкам впору поджимать хвосты, а детям плакать. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем король кивнул.

– Что ж, хорошо. Выступаем нынче ночью.

Так они и сделали. После того как военный совет завершился, Станнис сообщил своим людям решение - они штурмуют Дредфорт под покровом темноты; может быть, ночь темна, холодна и полна таких ужасов, что и красной жрице не снились, зато бурана, похоже, не будет, а это заметное преимущество. Перерывов между снежными бурями становится все меньше, а если какие и случаются, они с каждым разом все короче. Аша была согласна с королем – нужно воспользоваться хорошей погодой, пока это еще возможно. И все же ей казалось странным, что Теон не попытался предостеречь Станниса, ведь они вот-вот пойдут в атаку на замок, в котором ему довелось испытать столько мучений. Он поразительно хорошо держался во время всего перехода, но этот штурм его доконает, и не удивительно.