– До вечера продержится. А там Федоровна обещалась… И нечего кривиться, без нее не выходим.

Филиппыч показательно вздохнул два раза подряд и сменил тему:

– Караулить его будем?

– Незачем, – отрезал Шеф. – Еще неделю на ноги не встанет. К тому же – некому. Пехоте работать. Нам с тобой – тоже.

Павел понял эти слова как инструкцию к действию и поднялся на ноги. Николай бросился собирать технику, но Шеф остановил:

– Оставь здесь. Пригодится.

– Хороший ведь ноут, – расстроился эксперт. – А пропадет?

– С чего вдруг? – удивился Филиппыч. – Разве только ты и вынесешь.

– У меня свой, – немедленно обиделся Николай. – Да получше этого…

Ответом его никто не удостоил. Только уже в коридоре Шеф придержал за локоть:

– Коля, напомни-ка мне свои приоритеты?

– Вероятностный процессор, – со вздохом отозвался тот. – Но я вчера ничего не успел, а потом еще брусок этот всю ночь паял.

– Хорошо, отоспись до обеда. Только Роману задачу на это время поставь, он, наверно, пришел уже. Свободен.

То ли эксперт рассчитывал на отгул, то ли обиделся за ноут. Так или иначе, не оборачиваясь и не сказав больше ни слова, он демонстративно проследовал к лестнице, не став ждать лифта.

– Павел, Федор, Семен, – произвел Шеф короткую перекличку, нажимая кнопку. – Какие э-э… соображения?

– Перебить быков и поджарить смарра, – брякнул Сергеев.

– Пнуть вчерашнего капитана из центрального, ознакомиться с вещдоками, при необходимости изъять, – предложил Филиппыч.

– Зачем? – не удержался Павел. – Теперь-то зачем?

– А чтоб не было. Про конспиративный режим забываем? Ни одного артефакта ментам.

Потапов покачал головой.

– Полезно, но второстепенно… Ты?

– Чего я? – удивился Павел. – Шеф, вы же знаете, если в городе ящер, он доведет задуманное до конца. Единственная возможность этому помешать – физическое уничтожение особи.

– Уверен? – весомо уточнил Шеф, первым шагая в кабину.

– А вы нет? Сколько раз мы ввязывались в интригу, столько раз нам казалось, что наконец-то обыгрываем их. Иногда даже гипербореям казалось. Чем кончилось, вы знаете.

Помянув гипербореев, Павел вдруг вспомнил про ночной визит главного дознавателя. Надо же, оказывается, он сумел напрочь забыть о ночном визите призрака. Все Сергеев со своей побудкой…

Уже почти открыв рот для чего-то вроде: «Кстати, о гипербореях», Павел замялся. Как-то совсем вдруг оказалось, что от полночного желания немедленно с кем-нибудь поделиться новостью не осталось и следа. И даже совсем наоборот, хотелось замять как что-то постыдное…

– Паша? – Шеф выжидающе уставился прямо на его приоткрытый рот. – Что-то хотел сказать?

Тот лишь мотнул головой, окончательно принимая решение. Ну а что, собственно? К текущим проблемам не относится, конкретики никакой. Очередное гиперборейское апокалипсическое прорицание. К черту все.

– Ладно, – Шеф задумчиво потер переносицу. – Значит, вы сейчас…

– На склад, – коротко изрек Федор.

– Куда? – удивился Потапов. – На какой склад?

– На тот, где вчера воевали. Осмотреться. Может, трупы остались, на трупах документы, улики. Личности установим – в десять раз легче будет.

– Вот, – Шеф поднял палец и посмотрел почему-то на Павла. – Слушай бывшего мента, Паша, он дело говорит.

– А я тогда в центральное УВД за вещдоками, – бодро сказал Филиппыч и попытался шмыгнуть из лифта, как раз остановившегося на первом этаже.

– Стоять, – негромко скомандовал Шеф, хватая его за рукав. – Нас с тобой Евгений Саныч ждет.

– Да пошел он… – брякнул Филиппыч. Но попытки вырваться не предпринял. – Я тебе зачем? Без меня бабки не сочтете?

– Не сочтем. Проверишь список, а то он и президента туда занесет со своим-то размахом. Федя, вы позвоните, как осмотритесь. Ну и если, не дай бог, чего – тоже.

Вторая поездка по одной и той же дороге обычно кажется вдвое короче, чем первая, если только она не случается в городе в час пик.

Еще более молчаливый, чем обычно, Федор вывел свою «машину-зверь» с фабрики в начале одиннадцатого. Потраченное на разговор с египтянином утро нельзя было назвать потерянным совсем уж бесцельно, но все же на те крупицы полезной информации, которые лишь обострили самые худшие подозрения, Павел предпочел бы потратить три минуты вместо без малого получаса. А уж если и задерживаться, то по более уважительной причине. Например – перекусить.