Киллиан

Я хватаю телефон, как только возвращаюсь в гримерку. Моя кровь быстро струится, тело гудит электричеством. Приходится метаться из стороны в сторону, чтобы успокоиться. Люди снуют вокруг меня, смеясь, глядя, пытаясь подобраться поближе. Мне хочется сказать им, чтобы убирались на хрен, но я так занят тем, что пытаюсь дозвониться до Либби. Меня перебрасывает на ее голосовую почту.

Я не оставляю сообщения. Хочу поговорить с ней.

Садясь на стул, я начинаю писать ей сообщение, когда вижу смс от Бренны.

Какого хрена это было? Идиот. (!!!!) >:-(

Я перечитываю сообщение дважды до того, как показать его ребятам.

– Какого черта она на меня орет?

– Чувак, - Рай качает головой.
– Я говорил тебе не выбирать эту песню.

– Что не так с "Дорогой Никки"?

Это моя любимая песня из "Фиолетового дождя" - альбома, о котором мы говорили, когда впервые обсуждали музыку. Она играла сегодня песню Принца. Я тоже сыграл его песню. Поддержал Либби. Разве это не очевидно?

– Во-первых, - Рай поднимает один палец, - это слишком замысловато.

– Так и должно быть, - протестую я.
– Это послание для нее, а не всего остального мира.

– Во-вторых, - говорит он, перебивая меня, - "Дорогую Никки" Принц пел Аполлонии, когда буквально называл ее шлюхой.

Уип кивает.

– Ага, слова же о том, что она хороша лишь для дикого секса.

Я с недоверием смотрю на них.

– Почему вы все не сказали мне это до того, как мы спели эту долбаную песню?

– Ты был очень настойчивый, - говорит Рай, пожимая плечами.

– И ты отлично знал слова, - спокойно указывает Уип.
– Ты же их пел.

– Конечно, я знаю слова. Я просто не уловил контекст.

– Контекст - наше всё, мужик.

Я прижимаю основание ладоней к глазам и пытаюсь не закричать.

– Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо.

Джакс передает мне воду.

– Расслабься. Если она знает тебя так же хорошо, как я думаю, Либс получит твое послание, - он борется с улыбкой.
– Такое замысловатое, как оно было.

– Дерьмо.

* * *

– Либс, если получишь это сообщение, перезвони мне. Пожалуйста. Куколка. Пожалуйста. Мне нужно с тобой поговорить. Я...хм... эта песня была для тебя. Дерьмо. Я не собирался называть тебя шлюхой. Ладно? Я пел ее, потому что очень горжусь тобой. Хотел сказать тебе это... Просто позвони мне, окей? Прошу.

* * *

– Либс. Я немного переживаю. Где ты? Возьми свой телефон.

* * *

Ни одного сообщения? Ты меня убиваешь.

* * *

– Элли Мэй, возьми чертову трубку. Перезвони мне. Я сажусь на самолет и направляюсь к тебе. Или сделаю это, как только, черт подери, тебя найду. Блядь, я же сказал тебе, что неверно выбрал ту песню. И хочу всё исправить. Прошу, позволь мне.

* * *

– Я нуждаюсь в тебе, ясно? Вот в чем вопрос. Ты мое всё. Настоящее, будущее - всё. Не шлюха. Я даже не смотрел тот гребаный фильм! Ладно, просто... ага. Позвони мне.

Либби

Нью-Йорк. Один бессонный перелет, и я здесь. Чувствую себя так, будто бежала следом за грузовиком с песком. Глаза болят, я смирно сижу, пока визажист красит мне лицо. Кто-то еще укладывает мои волосы, пытаясь создать локоны вокруг лица. Удачи им с этим.

Лучше бы я оказалась в любом другом месте, чем здесь. Но Бренна, теперь коронованная званием Официальная Заноза в Моей Заднице, устроила интервью с журналом "Ярмарка Тщеславия". По ее словам, я могла отказаться. Но это выглядело бы некрасиво. Особенно учитывая колонку сплетен, что показали вчера по TNV.

Мне не нужно было смотреть на нее дважды, чтобы запомнить текст. Этот пиздец вытатуировался у меня в мозгу.

«Прошлой ночью на Позднем Ночном Шоу Либерти Белл, новая любимица музыкального мира, крайне нагло взяла и перепела песню Принца “Cream”. В этом не было бы ничего сенсационного, если бы через несколько часов рок-бог и, по слухам, парень мисс Белл, Киллиан Джеймс, не парировал бы ее выступление исполнением песни "Дорогая Никки" во время концерта Килл-Джон в Мэдисон Сквер Гарден.