Суперофицер был искренне обижен тем, как подло поступили кронты с его бойцами, но Бон Де Гра не испытывал ни к ним, ни к нему ни малейшей жалости. Больше всего он был озабочен тем, чтобы держать уши прижатыми к голове, дабы они не показывали его эмоций. Супер-три с красно-черным шевроном на рукаве и его солдаты были карателями. Во время восстания они таких в плен не брали, беспощадно мстя им за массовые казни и сожженные поселки.

– У вас были большие потери?
– поинтересовался Председатель.

– Убитых - ни одного, - нехотя проворчал супер-три.
– Но все получили те или иные ранения и контузии. Их разоружили, заперли в здании энергостанции, четверых забрали с собой... Но это были не простые кронты! Парни говорили, не менее дюжины из них имели специальную подготовку! У них было, по меньшей мере, два парализатора! Это организованная диверсия, бунт! Такие вещи не делаются экспромтом!...

– Мы обязательно вернемся к этому вопросу, - нетерпеливо перебил суперофицера Председатель.
– Но я сначала хочу услышать окончание этой истории. Итак, кронты получили оружие... Что дальше?!

– Дальше они с оружием захватили заложников - ориентировочно, до семи-восьми дюжин посетителей парка, среди них женщины и дети. Кроме того, ими похищен высокопоставленный чиновник из администрации провинции с семьей. Сейчас они контролируют часть парка с некоторыми аттракционами внутри кольцевой трассы для картов. Очень удобная позиция. Подходы простреливаются со всех сторон.

– Они выставляли какие-либо требования?
– строго спросил Председатель.

– Э-э-э... Мы не знаем. По правде говоря, мы не вступали с ними в переговоры...

– Почему?!
– Председатель демонстративно оттянул рукав, чтобы взглянуть на браслет.
– С тех пор прошло целых три часа!

– Некому было взять на себя ответственность!
– громко сказал директор парка. Ему, похоже, было уже все равно.

– Это происшествие выходит за пределы моих полномочий!
– так и подскочил на месте коллежский секретарь - очевидно, районный начальник.
– И, понимаете, достойный... Выходной день... Начальник округа принимает главу провинции, они вместе на рыбалке в море. Беспокоить их... э-э-э... весьма нежелательно. И мы... это... не хотели лишней огласки...

– Ладно!
– Председатель тяжело вздохнул.
– Тогда как старший чином здесь принимаю руководство на себя! И сразу спрашиваю: что делать?! Какие есть предложения?!

– Да что тут делать?!
– делано удивился супер-три.
– Штурмовать, и вся недолга! А там кому не повезло, тому не повезло!

– Нет-нет!
– запротестовал районный начальник.
– Мы не имеем права рисковать жизнью господина начальника департамента! Нужно сначала попробовать провести переговоры!

– А что скажет наш консультант?!
– внезапно спросил Эерган, выразительно посмотрев в сторону Бон Де Гра.

– Не знаю, чем закончится эта история, - Бон Де Гра вышел вперед из-за спины Эсбиста.
– Но во всем виноват закон, обрекающий дюжины кронтов на смерть из-за случайной поломки! Он несправедлив и приносит больше вреда, чем пользы! Когда людям нечего терять, они готовы на все!

– Но это же закон!
– взвизгнул помощник по воспитанию Осуунс.
– И вообще, что делает здесь этот кронт?!

– Этот кронт оказал личную услугу Императорскому Дому и имеет титул руи!
– негромко, но очень веско произнес Военный.
– И вы обязаны обращаться к нему - светлоликий!

– О, простите... э-э-э... светлоликий...
– Осуунс внезапно съежился и скукожился, задрожав мелкой дрожью.
– Я не знал... Но закон...

– Этот закон изменен, - спокойно сказал Эерган.
– По решению Канцелярии Совета Пятнадцати, в него внесены поправки. Ознакомьтесь!

Он вынул из папки, с которой никогда не расставался, лист плотной бумаги с золотым обрезом и протянул Бон Де Гра. Остальные читали документ, заглядывая ему через плечо.

Нет, чуда не свершилось. Закон о коллективной ответственности не был упразднен, но в него внесли важные поправки, отменявшие наиболее одиозные положения. В соответствии с ними, теперь смерть грозила только тем, кто имел возможность предотвратить смерть кээн, но не сделал этого (что просто дублировало уже имеющееся наказание за недонесение), или тем, кто сознательно не оказал помощи нуждающимся.

– Но с какого дня вступают в силу эти поправки?!
– в документе не было даты.

– Ах, да! Со вчерашнего!