– Рис, по-моему, курс сильно засеверён, - тявкнул Пул, уточнив это по карте.

– Я знаю, - усмехнулся лис, глянув на старшего помощника, - Только никому не говори, особенно жадным белкам, заставят заплатить за сожжёный уголь.

– А. А... А зачем?
– повёл носом Пул.

Рисхор показал пальцем куда-то в сторону берега, и приглядевшись, Пул понял. Между устьем реки и заливом, недалеко от полосы прибоя, из воды торчала длинная покатая туша, похожая на снулую рыбу - только, двести пятьдесят метров в длину. По мере того, как "Лисоветский Союз" подходил ближе, с палубы уже можно было невооружённым ухом различить детали - россыпи мелкого плавучего хлама мотылялись по волнам вдоль берега и валялись по песчаному пляжу. Кое-где уже жадничали местные, ковыряясь в отвалах обломков в надежде найти что-нибудь ценное. При ближайшем рассмотрении становилось ясно, что носовая часть корпуса сильно повреждена, судя по всему внутренним взрывом, потому как она напоминала сапог, "просящий каши" оторванной подошвой. Только в этом случае "подошва" весила тысячи тонн и состояла из стали, и видеть её выгнутой, как крышку консервной банки, было весьма непривычно. Гурпанский линкор лежал на борту, и через рваные пробоины было видно, что внутри тоже плещется вода - собственно, по другому и быть не могло. Что характерно, морячки, которые сбежались на борт и пырились во все глаза, так и не заметили ни единой пробоины от своих снарядов! Все они попадали в надстройку и в башни, а эта часть судна сейчас скрывалась под водой.

– Омойпух!
– только и цокали грызи, - Подснимите! Подснимите Жабу с шеи! Столько металлолома!

Металла действительно было допушнины. В пересчёте на количество сырья и зверо-часы работы, линкор равнялся нескольким сотням танков. Так что ущерб, причинённый вражеской империи, действительно весьма ощутимый. Тот факт, что гупанцы причинили его сами себе, по большей части, ничего не менял - громадный корабль превратился в кучу лома. Даже теоретически он вряд ли подлежал восстановлению. Потаращиться на такой вид остановилась даже Хемма, которая вместе с согрызяем уселась на оставшуюся палубную доску у борта, лузгать семечки и немного перегусить. Неслушая на то ощущения того, что смертельная опасность внезапно пролетела мимо, их тоже поддушивала Жаба. К великому сожалению жадных белок, сейчас не было никакой возможности заняться развёрсткой... Так что, когда они убедились, что разбитый линкор снимают на фотоплёнку, для документации, то и перестали туда пыриться, чтоб можно было свободно дышать. Светло-голубая гладь пролива с зыбью и остров, возвышающийся зелёными горами, выглядели куда лучше - по крайней мере, их не надо собирать и уносить в Закрома.

– Ну ладно, хоть себя не потратили, и то орехи, - цокнул Макузь, приваливая к себе пушную тушку.

– Для начала неплохо, да, - захихикала Хемма.

– -----

Гуляет красотка -

Подводная лодка

По северной бурной воде.

Страну охраняет,

В глубины ныряет,

Врага караулит везде.

– изъ песни

– ------

: Баклан - птица гордая

– ------

С моря задувал приличной силы свежачок, заставлявший поёживаться даже особо пушных зверей, и волочил по небу клочковатые облака. Почти как летом, только сейчас ещё земля не до конца отошла от зимней стужи, кой-где по оврагам и снег казал белые бока. Поля вокруг порта Кстрепка сейчас были бы бурые от прошлогодней травы, если бы их не выжгло пожарами; по крайней мере, зеленели хвойные леса, расправляя ветки навстречу весеннему солнцу и начиная отращивать мягкие "свечки". Недаром кое-кто цокает, что ёлки - это сила, и держится за них всю дорогу. Вид на зеленеющий лес открывался из закопчённого окна штаба, каковое находилось на высоте пятого этажа, и Кселиса только усилием воли заставила себя оторвать взгляд от этого сугубо мирного зрелища.

– Грёбаные ракушки, товарищ Раков!
– тявкал Холоф, старый, слегка облезлый лис с седой шерстью на башке, - Ты понимаешь головой, что сейчас там грузят трёхсотых! А мы тут за бумажками должны бегать, ать твою за ногу?!

Грызь, выслушивавший это дело, и ухом не повёл. Вместо этого, когда лис слегка выдохся, он поднял со стола заранее заготовленное зеркало, и показал морячку его собственную морду. Холоф набрал побольше воздуха... но, пырючись на всклокоченную шерсть и красные глаза, только клацнул пастью.

– Вот именно, - цокнул Раков, - Вы бегаете за бумажками не как самоцель, а чтобы хоть ненадолго отойти оттудова. Слыхал, тут один суслик пятьсот голов нагрузил на баркас в сто тонн измещухи? Хорошо хоть остановить успели...

– Это наша работы и мы справимся, - процедил лис сквозь сжатые зубы.

– А теперь - головой, - не удержался хихикнуть грызь, - Ты, перечница пенсионного возрасту, и молодая девчонка. Много вы там нагрузите?

Морячки и ушами не повели на такие фамильярности, потому как грызь цокнул бы точно также и в мирное время, а уж тем более сейчас, когда не до изящных манер. Холоф хотел было что-то тявкнуть, но провёл саморевизию и счёл, что белка в чём-то прав. Кселиса шмыгнула носом, вспоминая о том, насколько тяжёло ей давался перенос грузов по узким лестницам корабля.

– Вслуху этого, - качаясь на стуле, продолжил Раков, - Сейчас выпишу вам накладные, а потом...

Здание слегка подпрыгнуло от прошедшей взрывной волны, так что посыпалась штукатурка и зазвякали стёкла. Морячки непроизвольно прижали уши, а грызь полностью проигнорил, потому как каждый раз прижимать уши - уши отвалятся.

– ... потом пойдёте в комендатуру за печатями, ещё часок проволандаетесь. Как раз к вечеру успеете, и того.

– Ладно, я понял, - буркнул Холоф, забирая бумаги, - Можно итти?

– Нужно, - с умным видом кивнул грызь, и на рыжей морде появилась широченная лыба.

Холоф и Кселиса, кое-как прокрутив тугие двери, выбрались из кабинета и прошли через здание, частично разрушенное, так что с одной стороны корридора были стены и там работали штабисты, а с другой - провал вниз и только крошево из кирпича и гнутых балок. По ходу шерсти, большая часть этого здания была развалена, поэтому в уцелевшей части проще сныкаться.

– Вот заботливая белка-хлопотушка выискалась, а?
– буркнул Холоф, отпихивая с дороги кирпичи.

– Ну, он же не о нас заботится, в общем-то, - заметила Кселиса.

– Да, да, - проворчал тот, подтверждая цокнутое про перечницу.

Кселиса втихоря улыбнулась и решила таки отдохнуть, раз есть такая возможность. На погрузке сейчас натурально творился кошмарец, когда на транспортную подлодку грузили раненых - это нескончаемый вой и тошнотворная вонь, характерная для такого дела. Натурально, после нескольких часов такой работы любой одуреет, а Холофу ещё выводить корабль из порта. А там затопленные баржи на фарватере, минные заграждения подальше - нафиг надо.