– Чисто, - Кусен внимательно посмотрел на белку, - Товарищ Хемма, а много наших останется на корабле?

– Минимально возможное количество, - ответила она тоже самое, что и сто раз до этого, - Давайте, а мы пока дрыхнуть.

Неспеша шлёндая до своей каюты, Хемма нюхала морской воздух, в котором явственно угадывался близкий берег с тропическим лесом, поглядывала на небо, и слегка вспушалась, хотя холода не имелось и в помине. Темнота сгущалась слишком медленно. След на воде от огромного корабля будет отлично виден, и скорее всего, виден всю ночь. Если гурпанские набюдатели не уберутся, план будет сорван... А убираться они явно не собирались, гидроплан неспеша баражировал зигзагом, пока ещё видимый на фоне закатного зарева. Всё не слава пуху, подумала грызуниха, но сразу поправилась, что почти всё, а небольшие частности - это только для того, чтобы не расслабляться.

– Что, расслабилась, грызуниха?
– хихикнул Макузь, подкравшись и сцапав её за хвост.

– Посиди на хвосте, Мак, - вздохнула она, - Есть ещё мешки.

– Ещё мешки? Омойпух...

– Отвойпух. Пошли вместе, если не хочешь меня ждать.

Само собой, что увязаться за своей согрызяйкой для Макузя было отличной идеей, так что грызи пошли напару, постоянно хихикая и пихая друг друга в пух, благо, куда ни пихни, и не промахнёшься. Хемма обошла надстройку, прошуршала в изогнутый проход между толщенных броневых плит, и ввалилась на КП противовоздушной обороны. Как она и подозревала, Флак дремал прямо тут, накрыв морду газетой "Трудъ", как это ни каламбурно звучит.

– Набегался, - шепнул Макузь.

– Нам всем предстоит ещё так набегаться, что омойпух, - цокнула Хемма, - Флак!

– А, чо?!
– выскочил из-под газеты енот, тараща глаза, но пришёл в годность примерно за полторы секунды.
– Товарищ капитан?

– Ищ, - подтвердила белка, - Такое дело, если гурпанский аэроплан будет продолжать нас пасти, ничего не получится. Если он не уберётся, когда наступит полная темнота, надо его убрать.

– У-убрать?
– икнул Флак.

– Убрать. Делайте что хотите, хоть из гэ-ка пальните, но от пасуна надо избавиться. Мы можем на вас рассчитывать?

– Сделаем всё возможное, - склонил уши енот.

– Нет, не всё возможное, а уберите пасуна, - поправила Хемма, - Нам надо мальца расплющить морды, чтобы к утру быть в годности, сечёшь?

– Задачу понял, товарищ капитан, - вытянулся Флак.

– ------

В то время как почти весь командный состав экипажа, а также артиллеристы в полном сборе, забились себе в норы и дрыхли, как январские сурки, на корабле заработал кран по правому борту. Привычными операциями подцепив катер с крыши надстройки, кран поставил его на воду, отпуская в свободное плавание. По мере того, как происходили эти действия, на судне всё более включалась светомаскировка, так что ни единой полоски в окнах не светилось. Поскольку Кусен со товарищи таки выкрутили лампы из радара, теперь за аэропланом можно было следить только посредством акустической станции, которая ловила звук и определяла примерно, в какой стороне цель и насколько далеко. Глазом в чёрном звёздном небе не различалось вообще ничего, но если прислушаться, то доносился гул двигателей.

Пул, сидючи в одном из комадных пунктов на башне, посматривал на стрелку хронометра. Помещение с наглухо задраенными окнами освещалось тусклыми зелёными лампами у приборов, что придавало ему странный вид. С непривычки можно отвлечься, но непривычных тут не имелось, Хемма и Рисхор гоняли экипаж, как мышей по амбару - причём, заранее, а не когда уже стало поздно.

– Дай "Шпель", - тявкнул Пул связисту, - Гурцы не смогут подслушать?

– Крайне маловероятно, направленная передача, - ответил лис, - Даю "Шпель".

– Кус, как у вас?
– осведомился Пул, взявши в лапы телефонную трубку и пялясь на подсвеченную зелёным карту.

– Готовы включать, - просто тявкнул Кусен.

– Включайте. Импульсы по минуте через три, и не выключайте до команды.

– Есть.

– Машина!
– тявкнул Пул в другую трубку, - Переход на полный реверс, как можно быстрее! Самый полный назад до отбоя!

Перевести винты на реверс было отнюдь не просто, чтобы только остановить многотонные валы, требовалось несколько секунд и усилия мощнейших тормозов. Но, как-грится, кому нынче легко?

– Рулевая!
– не успокаивался Пул, - Сейчас буду тормозить рулём, не паникуйте!

Лис взялся за рычаг и перевёл его до упора влево. Отсчитав на хронометре пятнадцать секунд, перевёл в другую сторону. Руль ТВТК - громадное стальное весло, и когда оно становится под углом к потоку, создаётся большое сопротивление движению. Нагрузка на механизмы будет большая, но куда деваться... Лис снова перевёл руль в обратную сторону, чтобы не разворачивать судно. К его удовольствию, указатель скорости заметно полз к нулю.

Смысл этого балета состоял в том, чтобы заманить гурпанский самолёт близко к кораблю. Наблюдая за его следом с большой высоты и расстояния, гурцы едва различали свою цель, на это был основной рассчёт. Теперь след внезапно исчезал в ночи, и всё, что оставалось разведчику - попробовать снова зацепить его, пользуясь наводкой на радар. Только вот радар уже не работал, а в эфир посылал импульсы имитатор, установленый прямо на палубе катера. На всех шести установках ПВО рассчёты вглядывались в чёрное небо, и держали наготове прожекторы. Стоило только гурцу сделать ошибку и оказаться непозволительно близко - и его сразу же поймали бы в засвет, а потом нафаршировали металлом. Как выяснилось, рассчёт оказался не совсем правильным, потому как разведчик так и не стал приближаться. Напротив, спустя несколько минут он развернулся и ушёл в сторону своего носителя.