Шрот, пырящийся в окуляр стереотрубы, и ухом не вёл от выстрелов, и уж тем более, не любовался на серые трассы от снарядов, оставленные в дождливой дымке. Как и все остальные артиллеристы, он внимательно следил за акваторией, чтобы отметить места попаданий. При поднявшейся непогоде они были на границе видимости, однако опытный глаз сумел различить белые столбы вспененой воды, выбитые упавшими в волны учебными снарядами. Лис тут же навёл на один перекрестие прицела, остальные запомнил на память. Спрыгнув с каменного уступа, на котором поставили трубу, Шрот сныкался в палатку - с моря не видно, зато есть сухое место, что сейчас очень кстати. Достав из-под плаща блокнот, он посчитал цифры, позырил на них, и усмехнулся. Цифры цифрами, но в этом деле и головой думать надо, иначе ничего не выйдет.

– Товарищ Шрот, сигнал радара ослаб на порядок!
– взволнованно тявкнул радист из глубин палатки.

– Так это по шерсти, - ответил тот, отхлёбывая из фляжки.

– По шерсти?...

– Да, вот так, - показал по шерсти Шрот, - Это значит, что они нацелили основной радар на нашу обманку, поэтому он нас и не задевает.

Надеюсь, добавил он не вслух. Также был некоторый риск с пристрелкой, палили слишком поздно, когда враг уже находился в пределах слышимости, и его акустические станции могли принять звук выстрелов. Но, поскольку прямой видимости не было из-за рельефа, гурцы могут поймать только эхо, а это им вряд ли поможет.

– Командир!
– крикнул артиллерист с наблюдательной позиции, - Боимся пропустить!

– А вы гусей не топчите, вот и весь сказ, - сварливо отозвался Шрот, с кряхтением взбираясь на камни.

Пожилой лис ещё послушал шум волн, бьющихся о скалы узкого островка, стук дождевых капель, глубоко вдохнул воздуха... вот теперь пора. Прильнув к окуляру, он через десять секунд уже увидел искомое - клубящийся в дымке столб белого дыма, который вряд ли двигался сам по себе.

– Двести девяносто пять, цель!
– отчётливо тявкнул Шрот.

Не столь улисяченные опытом артиллеристы сильно напряглись, хотя они прекрасно понимали, что с корабля никак нельзя заметить НП, а следовательно, снаряд не прилетит. И всё же, наблюдать в прямой видимости, всего в нескольких километрах, вражеский линкор - это заставляло понервничать.

– Сплюньте, - скомандовал Шрот, небрежно облокотившись о камень.
– Ему ещё минут пять пилить до нужной точки.

Лисы поёжились под плащ-палатками, с которых лилась дождевая вода, но всё-таки сплюнули.

– Мешок удачи прямо на уши, как кое-кто цокает, - продолжил командир, - Шторм есть, а видимость километров десять пока что. Могло бы быть ровно наоборот.

Шрот настолько спокойно тявкал и так неспеша устраивался у окуляра, что у остальных чуть хвосты не заполыхали, несмотря на дождь! Сейчас враг находился в самой невыгодной позиции, гурпанский линкор прижимался к берегу, чтобы быть дальше от ложной засады, и всё ближе подходил к засаде настоящей. Гурцы при этом не видели не только НП, но также и не могли видеть "Лисоветский Союз", стоящий за каменным островком.

– Щас, лисята, - тявкнул Шрот, не отрываясь от окуляра трубы, - Макнём эту калошу, и по домам.

– Командир, не наблюдаю второго корабля!
– сообщил лис от второй трубы.

– А и гузка с ним, нам пока одного хватит.

В дождевой дымке медленно проступил тёмный силуэт линкора, развёрнутый к наблюдателям примерно бортом. Даже при такой видимости сразу различались огромные стволы, торчащие из башен. Само собой, цель не пошла прямиком на пристрелянное место, это было бы слишком просто. Следовало быстренько скорректировать параметры, чтобы переместить зону разброса так, чтобы цель оказалась как можно ближе к центру. Эта зона разброса представляла из себя очень вытянутый эллипс, поэтому чисто математически, лучше обстреливать корабль с его курса, так наибольшая площадь цели окажется внутри эллипса. На практике, эта проекция судна наиболее защищена бронёй, а в данном случае это важно, потому как брони там реально дофига. Исходя из этого, артиллеристы рассчитывали на попадание в борт, плюс - с небольшой дистанции, тобишь, при высокой скорости снаряда. Закрыть от такого подарка не сможет даже броня линкора... надеюсь, добавлял не вслух Шрот.

– Грёбаные ракушки!
– отчётливо клацнул зубами баллистик, - Товарищ Шрот, как вам удаётся? Ну, вот это вот?...

– Учиться, учиться и ещё раз учиться, конец цитаты, - поднял палец лис, - А знаете, как именно? У нас в училище был один капитан, так вот эта хитрая лисья морда представляете что сделала? Привёл с собой лисиц лёгкого поведения... ну прям воздушного!
– и тявкает, что мол после сдачи зачётов по стрельбе, можно будет эт-самое... Так что надо было ухитриться выкинуть это из головы, и считать траекторию, а это нифига не просто!

– Етить у тебя нервы, командир, - реально офигел морячок, - Как же ты справился?

– А я и не справился, - с улыбочкой сообщил Шрот и заржал, глядя на вытянувшиеся морды, - Так! А вот теперь...

Он подкрутил увеличение на оптике, и когда нос линкора пересёк линию прицела, тявкнул

– Огонь.

Не особо высоко над ушами пролетел снаряд, оставляя заметную трассу дыма, потом из-за каменной гряды прикатилась ударная волна, ощутимо хлопнув по ушам. С короткими интервалами последовали ещё три выстрела, подкидывая, как казалось, весь островок целиком. Со склонов в пенящиеся волны посыпались камни, но место для НП выбирали на монолитной скале, которая не осыпалась, что весьма кстати.