— Он тебе кузен, по отцовской линии… — заметила старушка. Ранее она прикрыла их обоих от наблюдения. Таня, не выдержав, поделилась с ней своей тайной и страхами.

— Все равно! — она всхлипнула. — Это плохо! Это же настоящий грех, и я не могу противостоять и противиться зову души и сердца. Помоги! Помоги мне избавиться от порочных чувств! Пожалуйста, — она зарыдала и уткнулась медведьме в плечо. — Найди лекарство или средство, чтобы избавило меня от этого!

— Это невозможно, Татьяна… — покачала головой Ягге, и мягко отстранила ее от себя. — Нет на свете такого лекарства, зелья или яда, чтобы избавило тебя от мук любви… Я видела тебя с Гарри… Он тоже тебя любит не обычной любовью к сестре, это видно.

— Ты хочешь сказать…

— Я хочу сказать, что вы оба должны быть очень осторожны. Если кто узнает — разразится скандал. Гарри и тебя сразу вышвырнут из школы, и вы оба бесславно останетесь без дипломов. Вытри слезы с лица и послушай меня. Если ты не сможешь разлюбить его, а Гарри соответственно не сможет разлюбить тебя, то… — тут Ягге тяжело вздыхает, -…вам тяжело придется. Брак зарегистрировать здесь будет невозможно. У нас — это возможно, сама знаешь. О вашем родстве мало кто знает, а в России — почти никто.

— Знает Гробыня. И академик. Склепова под «Разрази Громусом».

— Это ты зря сделала. Я ей сотру память. Сарданапал вообще не должен об этом узнать, как и остальные. Я дам тебе амулет — он сохранит на тебе постоянный блок. Нигде его не снимай. Но сама будь начеку — мало ли что… Старайся не думать о Гарри постоянно. И, да, потом зайдешь ко мне с Гарри. Я поговорю с тобой и с ним откровенно на некоторые темы. У вас обоих нет родителей, и поэтому некоторые вопросы… вам незнакомы. Особенно это касается тебя, Татьяна.

— Я поняла, о чем ты говоришь, Ягге, — Таня наконец вытерла слезы и даже попыталась слабо ей улыбнуться. — Я обязательно приду к тебе с Гарри…

— И, еще. По всем вопросам — бегом ко мне. Я уж тебя так не брошу, Татьяна.

— Спасибо, — благодарно сжала старческую ладонь Таня. — Спасибо огромное!

Женщина ей улыбнулась. Девушка, уже более веселая, вскочила со своего места и направилась к выходу.

Как только Татьяна Гроттер скрылась из глаз, Ягге всплеснула руками. В ее глазах отразилась так тщательно скрываемая грусть и боль…

========== Шаг. ==========

Он такой сильный…

Она обессилено закрывает глаза и молча делает шаг вперед, к нему, беспрекословно подчиняясь.

Он прикасается к ее щеке своими губами. Она чувствует его поцелуй на себе, и ее щека начинает гореть пламенем. От его поцелуя у нее начинают предательски слабеть ноги.

Она распахивает свои веки, и Гарри берет ее за руку, ведя к невесть откуда появившейся постели. Девушка уже почти падает в нее, Гарри наклоняется, нависает над ней, и они начинают страстно целоваться. Она подчиняется его властным движениям, она уже готова буквально на все, на все…

***

Она подскакивает в своей постели, вся мокрая от пота. Таня тяжело дышит — такое ощущение, что на шее удавка. Сновидения не шли вот уже третью ночь.

Гроттер повернула голову на сопящую напротив в своем мягком гробике Гробыню Склепову. Ей-то хорошо, не то что Тане. Видит сны о своем Гуне, и только он ее… Их любовь возможна, не проклята, как их с Гарри.

Она легла на подушку и слезы сами брызнули из глаз. Так она беззвучно проплакала до рассвета, прикусывая уголок собственной подушки, когда рыдания все же прорывались наружу.

***

Гарри всю ночь ворочался в кровати, не в силах заснуть. Неясная тревога тревожила его сердце и душу, не давая сомкнуть глаз. Рано утром он понял — поспать не удастся, и пошел к башне, где занимали место гости из Тибидохса.

Таня сама вышла к нему, когда он уже собирался стучать в дверь. Она была бледна и под глазами залегли тени.

Гарри без слов взял ее за руку и отвел на этаж ниже, в пустой класс. Девушка, как только дверь за ними громко хлопнула, прижалась к нему, словно ища спасение на его груди. Парень обнял ее за плечи.

Так они простояли долго; Тане потребовалось время, чтобы взять себя в руки; Гарри чувствовал, что ее трясет.

— Как подготовка? — к полной неожиданности спросила у него Таня, вывернувшись наконец из объятий и контролируя себя. Она села перед ним на деревянную поверхность парты. Гарри же остался стоять на ногах прямо перед ней.

— Готовлюсь. Гермиона помогает. Не беспокойся обо мне, сестренка, — Гарри грустно улыбнулся ей, — правда, я сам не знаю, к чему…

— Я сделаю для тебя все, и даже невозможное, брат, — выдыхает девушка. — Я обязательно узнаю, что именно сулит тебе первое испытание…