Гарри понял — она знала…

Вторым номером выбирал Крам. Дурмстрангцу выпал китайский огненный дракон, шар с номером три. Крам не моргнул и глазом, просто смотрел себе под ноги.

Седрик вытащил из алого мешочка сине-серого шведского тупорылого под номером один.

И Гарри понял, что его ожидает. Таня предупреждала его, и именно об этом злосчастном драконе. Он сунул руку в мешочек — и правда, венгерская хвосторога, номер четыре. Гарри взглянул на злобную дракониху — та растопырила крылья, стукнула шипастым хвостом и оскалила крошечные клыки.

— Ну вот! — сказал Бэгмен. — С этими драконами вам предстоит встретиться. На шее у дракона номер очереди. Все ясно? Тогда вынужден вас оставить, я сегодня еще и комментатор. Мистер Диггори, по свистку первый войдете в загон, ясно?

Гарри не услыхал его слов обращенных к Седрику, но понял, что сейчас нужно собраться и успокоиться. Иначе его ждет непоправимое…

Метла уже наверняка у Тани в руках. Если бы что — то она бы нашла способ сообщить…

Прозвучал свисток.

Белый как смерть Седрик вышел из ангара… Гарри, Флер и Крам услышали, как снаружи взревели зрители. Значит, Седрик уже в загоне лицом к лицу с живой копией своего дракончика. От комментариев Бэгмена просто можно было с ума сойти…

Потом Гарри просто отключился, настаиваясь на своей задаче — манящие чары, метла и яйцо, золотое яйцо… Не успел он и толком прийти в себя, как прозвучал второй звук свистка. Значит, Седрик справился с заданием. Флер дрожала с головы до ног, у Гарри даже шевельнулась внутри капля сострадания.

Она покинула палатку с высоко поднятой головой, сильно сжимая в руке палочку. Гарри и Крам остались вдвоем; они сидели в разных углах, избегая взглядов друг на друга.

Гарри почувствовал сильнейшую ненависть к тому, кто ему так удружил. Он мысленно поклялся отомстить тому, кто подложил его имя в чертов Кубок огня…

— Мистер Крам, ваш выход! — объявил Бэгмен.

Юноша дернулся как от удара. Крам, ссутулясь, вышел, и Гарри остался один.

Никогда он не был в таком напряжении: сердце колотится, пальцы дрожат от страха, и как будто никакого ангара нет и в помине — словно видит и зрителей, и единоборство с драконом…

Он судорожно, глубоко вздохнул и, к полной своей неожиданности, успокоился и собрался.

Он ждал. Вот и свисток. Гарри вышел из ангара. Он брел мимо деревьев, брел, брел и, наконец, загон…

Дракониха в реальной жизни гораздо опаснее копии… Гарри ее осмотрел, не торопясь, пока она его не заметила. Крылья полураскрыты, свирепые желтые глазки уставились на злоумышленника. Громадный чешуйчатый хвост, как у ящера, и весь в пиках, бьет по промерзлой земле, оставляя глубокие, метровой длины следы. Она восседала на яйцах как обыкновенная курица…

В последние дни с помощью волшебства здесь воздвигли трибуны. С них на Гарри смотрели сотни чужих ему лиц. Зрители шумят невообразимо. Болеют они за него или нет? Какая разница! Пришла пора действовать… Предельно сосредоточился… Это единственное спасение…

Он увидел Гермиону в толпе. Та жутко за него нервничала, впиваясь ногтями в щеки. А потом он увидел и Таню…

Его сестра спускалась по лестнице, идя ближе к загону. Но ее вид…

Она сейчас была без мантии. Сильно обтягивающие ее фигуру, сияющие, черные кожаные штаны, сидели на ней идеально. Вдобавок, они были с сильно заниженной талией… Вместо блузки или привычного свитера — черный топ без бретелек, но короткий — он закрывал узкой полоской грудь. Впрочем, вздымающуюся от волнения грудь было тоже видно…

Девушка была на высоченных каблуках, в туфлях на платформе. Как она шла, да еще и спускалась по лестнице в них — загадка.

Она накрасила губы ярко-алой помадой. Глаза явно были подведены, ресницы накрашены. На вид она показалась сейчас ему самой настоящей прожженной стервой-ведьмой. Ее узкие бедра и идеальный, плоский живот явно вызывал зависть у некоторых, сидящих здесь и разглядывающих ее.

Все-таки тяжелые тренировки квиддича и драконбола очень сказываются как на фигуре, так и на здоровье.

Сзади нее шла улыбающаяся во все лицо Гробыня Склепова, с которой Гарри вполне мирно общался. Та несла его метлу. И у нее, в отличие от Татьяны, была очень короткая юбка и в меру (что удивительно) открытый топ. Даже несмотря на холод, девушки шли без всяких накидок. Хотя…

Накидки летели следом за хозяйками, подвешенные заклинаниями. А сами девушки были явно под согревающими чарами — наверняка они нанесли их прямо на одежду…

Таня демонстративно достигла середины трибун. И она, метнув ярко-зеленую искру заставила развернуться самому по себе огромному транспаранту, с надписью на русском: