— Ты не представляешь, Таня, как я рад, что ты здесь! — Гарри очень ей обрадовался. Свинцовая тяжесть в груди от прошедшего дня испарилась без следа. — Не в курсе, что тут будет?

— Проверка волшебных палочек. Я вызвалась сходить за остальными участниками Турнира… И теперь я здесь! — заключила девушка его в объятия.

Они вошли вместе и очутились в небольшой аудитории. Большинство столов сдвинуты в конец, образуя в центре пустое пространство. Три составлены вместе перед доской и накрыты длинной бархатной скатертью. За ними пять кресел. В одном сидит Людо, беседуя с незнакомой ведьмой в алой мантии.

Виктор Крам, по обыкновению, задумчиво стоит в стороне от всех. Седрик и Флер беседуют. Вид у нее довольный, не то что в день приезда. Она то и дело откидывает голову, и длинные белокурые волосы на свету красиво переливаются. Пузатый коротышка с большой черной камерой, слегка дымившейся, краем глаза любуется ею…

— Зачем нужна проверка волшебных палочек? — озадаченно спросил Гарри. — Мне Таня рассказала…

— Необходимо проверить, в каком они состоянии, нет ли поломок. Это ваш главный инструмент в соревнованиях. Специалист в этой области сейчас наверху с директором. После церемонии вас будут фотографировать. Познакомься, Рита Скитер. — Бэгмен жестом указал на женщину в алой мантии. — Она делает небольшой материал о Турнире для «Пророка».

Неприятная ведьма окинула его и Таню жадным и цепким взглядом стервятника. Журналистка была очень… неприглядной. Гарри сразу же перевел свое внимание на Таню и не стал слушать и, проигнорировал фразу, обращенную к нему, в которой содержалась просьба дать интервью Пророку.

— Позвольте представить вам мистера Олливандера, — обратился к чемпионам только что вошедший Альбус Дамблдор, заняв место за столом судей. — Он проверит ваши палочки, дабы убедиться в их готовности к турнирным сражениям.

Гарри повернулся к окну. Там стоял пожилой волшебник с большими светло-серыми глазами. Да ведь это его старый знакомый! Именно у него три года назад Гарри купил свою волшебную палочку.

— Это Олливандер, Таня. — Прошептал девушке на ухо Гарри. — Я у него покупал свою волшебную палочку… четыре года назад.

Волшебные палочки взвешивали, брали в руки, вертели и испытывали на заклятия и чары. Возвестив, что их «боевые орудия» пребывают в замечательном состоянии, Олливандер отпустил их; фотограф сфотографировал каждого участника для Пророка, Скитер попыталась снова зазвать Гарри на интервью, но Таня вовремя заметила чрезмерную активность репортерши и увела его из комнаты прочь…

— Спасибо, — поблагодарил ее Гарри. — Ты помогла мне сегодня…

— Да не за что… Брат.

Они как раз остановились под какой-то нишей. И тут Гарри резко затягивает ее прямо в нее и целует прямо в губы. Она, в полном удивлении, остолбенела и даже не сопротивлялась. Ей самой было понятно, что это далеко не дружеский поцелуй…

— Гарри, — выдохнула она, отстраняясь, — так что это получается…

Внутри все звенело и екало. Щеки предательски розовели. Дыхание стало быстрым, сердцебиение — учащенным…

========== Осознание. ==========

— Брат, — срывающимся голосом проговорила Таня, неосознанно касаясь горевших от смущения щек. — Что… что же это? Как это?

Ей не хватало воздуха. Он неохотно проходил в грудь.

— Поцелуй. Тебе что-то не понравилось?

— Я… Я ведь твоя сестра…

— Таня! — неожиданно Гарри порывисто схватил ее за руки, и прижал правую к своей собственной груди, прямо на сердце, — я уже давно чувствую к тебе странное притяжение. И, чувствуешь биение? Как быстро бьется мое сердце…

— Это пройдет, — глухим голосом проговорила девушка, выдергивая руку будто обжигаясь, — это все морок, сон, блажь…

— Это не пройдет. Таня, мы с тобою связанны… — Гарри не отпускал ее левую руку — чтобы она не вырвалась, не убежала, до смерти испуганная происходящим. — Пойми…

Ее глаза все еще были расширенными от страха.

— Не надо бояться, Таня… — шепнул Гарри, выпуская ее руку из своих. Он откинул ее рыжие волосы за спину, чтобы не мешали. — Я знаю, что ты чувствуешь тоже самое, что и я… — он слегка иронично улыбается уголками губ.

— Это не правильно, — шепчет она пересохшими губами, — это грех, это… это…

— Это любовь, Таня… Это просто любовь.

Гарри теснит ее к стенке. Она сопротивляться, пытается вырваться, но потом сдается на милость победителю, чувствуя холод от каменной стены, пробежавший по спине. Ее руки смыкаются за его шеей, а его губы уже касаются ее губ.

Она отвечает на поцелуй.

***

Они простояли в объятиях в нише казалось целую вечность. Таня, к полной своей неожиданности, поняла, что в руках у Гарри она чувствует себя в такой безопасности, что ей абсолютно ничего не страшно.