Шрифт:
— Осторожно, он отравлен!
— Я знаю, девочка. Но все равно, спасибо за предупреждение. — Осторожно взяв кинжал, он поднес его к носу и, понюхав, поморщился. — Гюрза. Не очень дорого, но достаточно действенно, если вонзить поближе к голове.
— Он целил в глаз, — буркнул воин.
— Не сомневаюсь. Но теперь он мертв. Странно. В один день вас пытаются два раза зарубить и отравить. А кстати, как ты узнал, что вино было отравлено.
— Рог нарвала.
— У тебя есть рог нарвала?!
— Да. Он не раз спасал меня, еще в гладиаторских казармах. Многие хотели избавиться от меня. Хозяин вынужден был купить его. Мои выступления были дороже.
— Жадность человеческая не знает границ, — проворчал старик. — Но что ты делаешь в этом городе? Такой воин, как ты, не станет просто так терять время.
— Верно. У меня есть одно дело.
Старик внимательно посмотрел на воина и тихо сказал:
— Ты пришел свершить месть. Много крови на твоих руках, но это не безвинная кровь. Ты убивал на арене, по приказу и убивал в миру, защищаясь. Но есть и кровь, которая свята. Твое мщение.
— Ты колдун, старик? — разом помрачнел воин.
— Нет. Я не пользуюсь заклинаниями. Не вызываю духов. Мое знание, чистое знание земли, трав, деревьев. Ты слышал о хранителях лесов?
— Друиды?
— Верно. Так их называют на западе.
— Так ты друид?
— О нет. До высокого сана мне никогда не подняться. Но я учился у них. Твои раны смазаны моими порошками. Они и поведали мне о твоих делах.
— Может быть, — задумчиво ответил воин. — Я много слышал об этих людях, но никогда не сталкивался с ними.
Старик задумался и тихо произнес:
— У тебя впереди еще один бой, которым твоя миссия закончится. Это будет очень тяжело. Очень. Ты столкнешься не с силой телесной, а с силой злого разума. Этот бой угоден богам, и я помогу тебе. — Он достал из-под стола свой сундук и, порывшись, извлек из него странной формы корень. — Корень жизни. Там, где он растет, его называют священным. Это далекая страна на востоке, где тепло и почти не бывает морозов. У людей там кожа желтого цвета и добрые улыбки.
— Кий-тай. Я знаю эту страну.
— Откуда? — пораженно спросил старик.
— Видно, твои травы тебе не все рассказали.
— Они рассказали то, о чем я спросил.
— Я повстречался с монахом из этой страны. Мы путешествовали вместе, и он многому меня научил. Этот корень называется жень-шань. Я слышал о нем. Но как он может мне помочь?
— Так же, как и честный человек, корень жизни не выносит зла. Сам по себе он не может сражаться, но всегда противостоит силам зла и злому колдовству. Он придаст тебе силы. Возьми. — Старик положил корень в маленький кожаный мешочек на длинном шнурке и передал его Палангу.
— Носи его на груди. Когда пойдешь в бой, откуси кусочек, а остальное возьми с собой.
— Спасибо, старик. Сколько я тебе должен?
— Ты уже заплатил. Избавив свет от этих людей. — Он кивнул головой в сторону луж крови, которые старательно замывали служанки.
— Но даже ученику друидов нужно что-то есть. Возьми это. — Паланг, не глядя, высыпал в сундук старика несколько золотых.
— Спасибо, воин. И да хранят тебя высокие боги, — сказал старик и, поклонившись, исчез за дверью.
— Странный человек, — проговорила Лин.
— Как знать? — протянул воин.
— Как ты? Очень болит? — легко прикоснулась она к повязкам.
— Терпимо. Но я хочу есть.
— Давай попросим принести еду в комнату. Не хочу здесь сидеть. Все пялятся, скоро дырки протрут.
— Согласен, — усмехнулся воин и шагнул к хозяину. Переговорив с ним, он позвал спутницу, и они покинули харчевню. Снова обойдя здание, они вернулись к себе.
— Ну и что теперь? — спросила Лин, едва вступив в комнату.
— Теперь остается только ждать, — спокойно ответил Паланг.
Служанка принесла еду и, получив в награду несколько медяков, исчезла. Друзья уселись за стол. Попробовав мясо, Лин слегка скривилась.
— Я готовлю лучше, — категорично заявила она.
— Не сомневаюсь. Ты все делаешь лучше других. И сражаешься, и любишь, и наверняка готовишь. — Коротко улыбнулся Паланг.
— Скажи, только честно. У тебя было много женщин?
— Я не считал. С четырнадцати лет их приводили в мою клетку, и я получал, что хотел.