– Шулерствовал, значит, - понятливо кивнула Джинни, а Луна начала пересчитывать карты, чтобы понять, не улетела ли какая-нибудь под скамью. Карты недовольно морщились и шушукались, дескать, не привыкли к такому грубому обращению!

– Немного, - не стал отрицать Том.
– Одним словом, я прилично оделся, купил палочку, не у Олливандера, правда, но мне она подходит, почти как родная... Ну а потом снял комнату и уселся сочинять душераздирающее письмо на имя директора Хогвартса.

– И что ты написал?
– с интересом спросила Луна.

Мне тоже было любопытно, тем более, рассказывал Риддл со вкусом и явным удовольствием, приятно было слушать. А главное, его неторопливый рассказ заставлял забыть о пережитом ужасе.

– Я изложил семейную историю.
– Том уселся поудобнее, уже не возражая, чтобы Джинни свернулась клубочком у него под боком. Видимо, понял, что добром от нее не отделаться, а не ругаться же сейчас?
– Внимайте, о мои юные адепты!

Я аж поперхнулся от неожиданности.

– Знаешь, - сказал я, откашлявшись, - если второй ты таким тоном и в таких выражениях загонял речи Пожирателям на собраниях, я удивляюсь, почему они не перемерли со смеху, как те дементоры!

– Подозреваю, второй я был зверски серьезен, а люди на это ведутся, - вздохнул он.
– Говорю же, в дневник я, похоже, вбахал всё, что мешало достижению моих тогдашних целей. Самоиронию в том числе.

– А в результате остался пафосный маньяк, - кивнул Невилл. - Ты мне как-то больше нравишься. Хотя тебя тоже постоянно хочется убить.

– Это нормально, но вот если вдруг расхочется убивать, тогда скажи, это может быть нехорошим звоночком, - сказал Том без тени иронии.
– Так вот... Я, Томас де Линт, родился на берегу Индийского океана, в сравнительно небольшом городе под названием Ричардс-Бей. Отец мой, Роберт де Линт -- потомок буров, отсюда моя фамилия, а матушка -- внучка английского офицера, которого когда-то занесло в Африку. Матушка была ведьмой, как и бабушка по ее линии.

– Если ты заявил, что та бабушка обучалась в Хогвартсе, это легко будет проверить, - подала голос Джинни.
– По спискам посмотрят, вот и всё.

– А я не говорил, что она училась в Хогвартсе, - хмыкнул Риддл, - она была на домашнем обучении, вышла замуж совсем юной и уехала с мужем в ЮАР, он там служил. Однако сохранила связь с подругами -- увы, их имен я не знаю, - и поддерживала с ними переписку. Они как раз учились в Хогвартсе и многое рассказывали о нем.

– Ну допустим, - протянул я, поудобнее угнездившись на чемоданотабурете.
– И что дальше?

– Дальше была война, потом апартеид, расовые волнения... Однако де Линты жили в ЮАР чуть ли не с начала девятнадцатого века и уезжать не собирались. Даже бабушка Анна -- это та, что по материнской линии, - была против: она уже забыла Британию, Африка ей стала родной. Одно плохо, - продолжал вещать Том, - школ наподобие Хогвартса или Шармбаттона в ЮАР нет. Те, кто может себе это позволить, отправляет детей сюда, в Британию, на худой конец, в Америку... Остальных кое-как обучают в общей школе в Йоханнесбурге, чтобы не покалечили себя и окружающих, но это всего три года... Дальше -- как угодно. Можно идти к неграм и уговаривать их шаманов поделиться секретами, можно нанимать учителей, что тоже не всем по карману, можно оставаться на домашнем обучении, как я.
– Он перевел дыхание и глотнул лимонада прямо из бутылки.
– Мне повезло, бабушка была достаточно сильной ведьмой, мама тоже, так что они меня многому научили. Приглашали и преподавателей, однако отец хотел, чтобы я закончил колледж и пошел по его стопам -- он инженер, проектирует нефтеналивные танкеры и все в этом роде. Я же мечтал о Хогвартсе...

– Домечтался, - кивнул я.

– Да. Ричардс-Бей находится на побережье, так что мне ничего не стоило пробраться на отходящий корабль. Я в порту был как у себя дома, отец туда частенько ездил и брал меня с собой. Естественно, меня обнаружили, но Ричардс-Бей был уже далеко, а я умолил капитана не ссаживать меня на берег и не сообщать родителям, - с чувством продолжал Том, ухмыляясь.
– Вернее, я сам им позвонил, когда удрал с этого судна. Так, на всякий случай.

– Какой случай?
– с интересом спросила Луна.

– Всякий, - повторил Том.
– Капитан знал моего отца, так что мог с ним связаться. А зная папочку, могу сказать, что тот разрешил бы мне проветриться, только в конце вояжа меня бы заперли в каюте, вернули домой и передали родителям с рук на руки.

– Ты же волшебник!

– Я тогда был несовершеннолетним и палочкой пользоваться не мог, сразу бы засекли, а это ни к чему, вдобавок, мы уже были в чужих территориальных водах...
– кажется, у Тома были заготовлены ответы на все каверзные вопросы.
– Тем более, капитан сразу потребовал ее отдать, ну, как отдают оружие, и запер в своем сейфе.

– Погоди, а откуда он...

– Он был в курсе, - пояснил Том.
– Вдобавок он сам сквиб, так что хоть понаслышке, но знает, что может натворить неуравновешенный подросток с волшебной палочкой.

– Хм...
– Джинни подняла голову и посмотрела ему в лицо.
– С этим ясно. Потом ты позвонил родителям и...

– Ругани было!..
– улыбнулся Том.
– Правда, в итоге мне было сказано "только не убейся!" и велено держать ноги в тепле и сухости. Потом я нанялся на другое судно, какой-то сухогруз под мадагаскарским флагом, еще на одно... Словом за несколько месяцев я добрался до Суэцкого канала, а тут уж и Египет рядом, где "Гринготтс" имеется. Кое-что я успел заработать, на порт-ключ до Британии хватило. Ну а тут уж я устроился, как мог, выправил документы чин по чину и слезно попросился в школу, о которой мечтал с детства...