Шрифт:
– Да...
– я оглянулся и добавил шепотом: - Не хочу при всех... Выйдем на пару минут?
– Ну...
– Грейнджер покосилась на гору учебников и тяжело вздохнула.
– Хорошо, пойдем, только ненадолго!
В коридоре я огляделся по сторонам, отвел ее подальше от портретов и тяжело вздохнул, всем своим видом демонстрируя скорбь.
– Ну что случилось?
– поторопила меня Грейнджер.
– Это касается Хагрида...
– обронил я и трагически засопел.
– Что с ним?
– Не с ним... в смысле, ему очень плохо, но...
– Да объясни же ты толком!
– вспылила Грейнджер, сделавшись очень похожей на мою сестренку.
– Не тяни время!
– Клювокрыла все-таки казнили, - сказал я скорбно.
– Помнишь, того гиппогрифа, который Малфоя поранил?
– Но сказали же... сказали, что его пощадили!
– оторопела она.
– Именно!
– воскликнул я.
– Всем сказали, что его просто отправили подальше в лес, а на самом деле убили, как опасное животное. Хагрид узнал случайно, и теперь просто вне себя от горя... Ты же знаешь, как он переживает за всех зверей!
– Это ужасно!
– прошептала Грейнджер, и мне на мгновение стало стыдно за наглую ложь. Но только на мгновение, потому что методы Риддла -- они затягивают.
– Как они могли! Ведь все видели, что Малфой сам нарвался!
– Да, но у него отец -- влиятельная персона, вот и...
– Я развел руками.
– А нам просто не сказали, вроде чтобы не расстраивать, а на самом деле, чтобы замять эту историю. В школе и так все нервные из-за дементоров, а тут еще это...
– Понятно, но Хагриду-то от этого не легче! Могли бы и ему не говорить...
– Гермиона, все еще хуже, - сочинил я на ходу.
– Ему велели отвести Клювокрыла в лес, ну Хагрид и пошел, тот же его слушался. Ну а там их уже ждали... и палач тоже... И на глазах у него...
– Представить себе не могу!
– ахнула она, и в карих глазах заблестели слезы.
– Просто нелюди! Бедный Хагрид!
– Не то слово, - заверил я.
– И рассказывать ему запретили, вот мне он только записку прислал, а я даже не могу сходить к нему!
– Гарри, это опасно, - моментально опомнилась она.
– Только не говори, что ты намерен...
– Да, - твердо ответил я, припомнив, что в подобных случаях у Поттера включается режим "слабоумие и отвага".
– Я пойду к нему. И если ты в самом деле мой друг и друг Хагрида, Гермиона, ты пойдешь со мной. Но если твоя нумерология тебе дороже, что ж... иди, решай задачки.
– Гарри, но там дементоры!
– Их же отогнали подальше, - напомнил я, видя, что она колеблется. Сожаления я уже не испытывал, только азарт.
– И... в общем, профессор Люпин научил меня вызывать патронуса.
Грейнджер помолчала, переваривая эту новость, потом спохватилась:
– А Блэк?! Он может быть где угодно, раз даже дементоры ему не помеха!
– Гермиона, до хижины Хагрида рукой подать! Луна светит, как прожектор, кого угодно можно за милю заметить!
– Да, только если он не невидимка!
– парировала она, скрестив руки на груди непримиримым жестом.
– Думаешь, Блэк умеет становиться невидимым?
– скептически спросил я.
– А почему нет? Если у тебя есть мантия-невидимка, вдруг у него тоже такая имеется?
"Мантия-невидимка?!
– ошарашенно подумал я.
– Вот это новости! Том свою тетрадку сгрызет от зависти!"
– Ну конечно, такие вещи просто на каждом углу продаются, особенно опасным беглым преступникам, - фыркнул я, стараясь не выходить из образа.
– Я скорее поверю, что он умеет превращаться в ночной туман! Тогда хоть понятно, как он минует дементоров -- они же и под мантией почуют, уверен!
– Да, Дамблдор же говорил, - кивнула Грейнджер, а я выдохнул с облегчением: попал в точку, надо же!
– Ну... Гарри, это все равно опасно...
– Если ты про то, что нас могут поймать, - я подчеркнул слово "нас", - то я возьму все на себя. Так и так мне до лета на отработках торчать. Ну, ты идешь? Может, мы успеем до отбоя!
– Ну хорошо, - решилась она, я выдохнул, развернулся было к лестнице, но тут Грейнджер окликнула:
– Гарри, а мантию ты взять не хочешь?
– Нет, - выкрутился я, - ходить то в спальню, то обратно -- только внимание привлекать. Сразу прицепятся с вопросами, мол, что я делаю да куда собрался на ночь глядя!